Полет саранчи

Часть 1. Выход из ковидной спячки

Ковид-затишье

Бедный человек, говоришь «после нас хоть потоп!» и всего только дергаешь за ручку бачка.

    Станислав Ежи Лец

Был обычный день дождливого июля 2020-го: до кондрашки напугавший всех коронавирус, казалось, начал уступать позиции, когда власти по всему миру, обезумевшие от беспрецедентного распила, решили перевести дух, а заодно дать возможность обалдевшему от самоизоляции и телезапугивания обывателю понемногу возвращаться к обычной жизни.

Уже открылись уличные кафе, парикмахерские, массажные кабинеты. Со дня на день начнут работать фитнес-центры и промтоварные магазины. Вирусологи по инерции продолжали стращать народонаселение новой испанкой XXI века, но сорвавшийся с цепи усредненный гражданин, считающийся работающим на удаленке, а на деле получивший неограниченный пока сроком, оплачиваемый в полной мере отпуск, рванул по ресторанам, пляжам, шашлыкам на открытом воздухе, забыв о масочном и перчаточном режиме.

Сергею Николаевичу – шестьдесят пять.

Лоб украшен волной темных волос с вкраплением возрастного серебра. Стройный, худощавый, грациозными движениями напоминающий породистую борзую.

Взглянем на него со стороны и в один голос скажем: недаром его фамилия Турчин, без генетической экспертизы заметно, что в славянскую кровь его предков закачали немалую долю туркестанских генов – черные брови вразлет, миндалевидные темно-карие глаза и яркие губы чувственного рта контрастируют с бледным аскетичным лицом и впадинами хорошо выбритых щек.

В молодости он стеснялся своей худобы и легкости. Теперь и то и другое – в самый раз! С возрастом меняются акценты: худоба добавляет силуэту изящества линий, легкость превращается в подвижность и моложавость.

Сегодня первый выход в город, первый деловой контакт.

До этого они с женой отсиживались на даче в Новотоксове, бродили по лесам, гуляли вдоль берегов Хепоярви и Кавголовского озера, ходили в магазин перед самым закрытием – в десять, пол-одиннадцатого, – когда покупателей почти не было.

Четыре месяца самоизоляции. Иногда их навещали дочь с мужем. Дети еще в марте переболели коронным вирусом – встречаться с ними безопасно.

«Так-так, Сергей Николаевич, – он подошел к зеркалу. – Почему, собственно, Сергей Николаевич?»

Человек контактный и общительный, он не любил внешних атрибутов уважения. Уважение должно быть, дистанция с малознакомыми – тоже. Но ему нравилось, когда его называли Сергеем и обращались на ты.