Полет саранчи

Блатные дети жили уже не в коммуналках, а в отдельных квартирах с телефоном, ватерклозетом и даже с ванной. Носили модные курточки и брюки, катались на велосипедах и коньках, а к школе их подвозили аж на персональных автомобилях.

Впечатлительная душа избалованного домашнего ребенка не могла остаться равнодушной к столь прелестным признакам социального успеха: вот тогда-то, наверное, и зародилась в маленьком Боре мечта о «красивой и богатой жизни».

Он был увлекающейся натурой – ходил в кружки, секции, учился играть на баяне (пианино не помещалось дома), навзрыд отдавался пионерской работе, взахлеб соревновался в сборе макулатуры и металлолома.

Семья Березовских переезжает на новую квартиру в Академическом проезде, и в шестом классе их мальчик переходит в английскую школу № 2 на углу Ленинского и Ломоносовского проспектов. В этом районе жили в основном работники Академии наук. Среди Бориных одноклассников – сын Нобелевского лауреата Прохорова, дочь крупного физика-теоретика профессора Берестецкого.

«Из общей массы Бориса я никак не выделяла, – вспоминает Елена Баженова, его классная руководительница. – Да, неглупый. Да, способный. Но особой исключительности ничто не предвещало; был как все».

В новой школе юный Березовский вступил в комсомол и активно включился в столь важную для всей страны общественную деятельность. Среди его многочисленных комсомольских нагрузок – работа в школьном агитпункте. С агитацией, похоже, у него как-то не пошло, и тогда он придумал комсомольский патруль (патруль – уже какая-никакая власть!), придумал, организовал, сам же его и возглавил (не отдавать же власть в чужие руки!).

Патрульные дежурили на входе, проверяли: чистоту обуви, наличие сменки, успеваемость комсомольцев, отмечали опоздавших. Ах, что за сладкое чувство: задержать за опоздание не кого-нибудь – аж сына классной руководительницы! Это ли не высшее свидетельство его высочайшей принципиальности?!

Что говорить, талантов у шустрого мальчишки – хоть отбавляй! Но случился у него еще один по-настоящему высокий дар – главный талант всей его жизни: уже тогда он мастерски овладел высоким искусством обмана.

Нет, никто в классе не умел врать лучше него: у будущего политического деятеля это получалось на удивление правдоподобно. Отъявленный шкода, он после любых, даже самых дерзких «проделок» выходил сухим из воды.