Планета Ган, или Исповедь молодого офицера

 – по-доброму завидуя, нахваливал сосед. -А это, что у тебя в маленьких банках? – поинтересовался он.

– Илич, а эта штука называется – хреновина. Помидоры, хрен, чеснок пропускаешь через мясорубку и что-то ещё моя для остроты добавляет. Я сильно не вникал, но приправа – зверь. Под мясо или под холодец – чудо, как хороша! – пояснил сосед.

– Я тоже пытался хрен молоть в мясорубке, да глаза аж выедает, слёзы ручьём, – пожаловался Илич и спросил, – А вы как спасаетесь?

– Да легко! – живо откликнулся Аныч, – целлофановый пакет надеваю и всё! Никаких проблем.

– Вот, ёксель-моксель, а я не сообразил. Спасибо, попробую, – благодарно отозвался Илич.

Через несколько дней соседи опять встретились. Разговор начал Илич:

– Привет, сосед! Вчера затеяли мы со своей «хреновину» накрутить. Одел пакет, как ты посоветовал, и давай молоть. Пакет запотел, дышать нечем – ничего не получается, начал жаловаться тот, – ты что?..

Аныч сразу догадался, что произошло и спазмы смеха не дали ему дослушать печальную повесть соседа.

Он схватился за живот и давился смехом. Илич обиженно, и даже зло, проговорил:

– Ты, чего ржёшь как конь? Совсем не смешно! Если чего-то не то сделал, так подскажи, а нечего ржать, – закончил тот.

Сосед с трудом смог унять, по истине гомерический, смех и ещё не до конца отдышавшись пояснил:

– Прости, Илич, давно так не смеялся! Пакет-то не на голову одевать надо было, а на мя-со-руб-ку, – опять переходя на смех, закончил тот.

Когда Илич осознал свою ошибку, он на несколько секунд растерялся и впал в ступор, от неожиданности, но потом разразился гневной тирадой в свой адрес:

– О, блин, вот ёксель-моксель! Надо же быть таким тупым, – откровенно сознался он, – а я уже, грешным делом, подумал, что ты подшутил надо мной.

Хотел отчитать тебя за это. Извини.– покаянно закончил он.

И сам не выдержал: смех охватил и его: на столько заразительно смеялся сосед.

На противоположный берег реки можно было перебраться только на "межпланетном челноке" – колхозном пароме.

Похожие, что такие ещё и по сей день, ходят по далёким сибирским рекам. Интенсивность его работы в период сбора грибов и заготовки овощей, что собственно совпадалет по времени, очень высокая. Особенно в выходные дни, на паром выстраивались очереди. Тариф был щадящий и зависел от размеров транспорта.

Погрузкой руководил начальник «челнока» – пожилой, насквозь прокопчённый, как выхлопное сопло его водомёта, воняющий соляркой, абориген.