Собрание сочинений. Том 3. Крылья ужаса. Мир и хохот. Рассказы

Вдобавок жалко было своих.

К тому же Лена чувствовала, что дело тут и не в них, а в чем-то до боли серьезном, огромном, страшном, исподволь вошедшем в невидимый мир.

И мелкая дрожь проходила по телу, но в сердце было жутко и каменно.

Потом исчезало.

Вскоре один случай чуть не добил ее, но в возвышенном смысле, конечно.

На этот раз не надо было шляться по кладбищам, а просто умерла бабка у подруги со школьных лет. Ну, умерла так умерла.

Гроб с покойной поставили на день в одной из комнат квартиры, где и жила эта подруга, Ася.

Чтоб можно было прощаться с телом, кто хочет. Двери были для всех открыты. И Лена пришла – из дружбы к Асе, хотя бабку и не знала. Пришла, посмотрела, поцеловала и ушла. Цветики оставила на гробе.

На следующее утро Ася звонит вся в слезах: гроб с бабулей исчез. Нету его, и все. И бабули нет!! «Мы туда-сюда, – плакалась Ася по телефону, – нигде их нет. К соседям заходили. Те ругаются, ничего не знают…»

Ленуся была крайне удивлена происшедшим.

– Что за чертовщина, – пробормотала она.

– Ты все за свое, – обиделась Ася. – Никакая не чертовщина, а просто сперли, сволочи…

И бросила трубку.

Дня через три Лена перезвонила и спросила:

– Ну как?

Сам веселый голос Аси говорил о том, что все в порядке.

– Нашли, – радостно объявила она. – На даче.

– Но почему и кто увез?

– Неизвестно. Да мы и не допытывались. Не нам знать, кто и для чего. Нашли, и слава богу. Уже похоронили. Как гора с плеч. А то совсем дико бы получилось. Милиция уже стала вмешиваться.

Орать. Целую.

– Подожди. А старушку-то хоть поцеловали? – слабым голосом произнесла Лена.

– А как же! Вообще расцеловали. Вся в цветах ушла под землю.

И Ася повесила трубку.

Но странность перемещения гроба и внешняя ненужность этого события навеяли на Лену самые противоречивые мысли. Глубоко она задумалась, одним словом.

Однако жить все равно надо было. Больше всего ее парализовывал и поражал какой-то нездешний и в то же время безумный покой на лицах мертвецов. Этот покой внутренне походил на сумасшествие.

Она чувствовала, что созерцаемый мертвец вот-вот проснется и дико закричит. Во всяком случае, покойники казались ей на грани крика, даже визга, но никто не переходил эту грань.

И она стала избегать мертвых. Только однажды попала на похороны старичка. Но тут произошел конфуз: ей показалось, что старичок подмигнул ей, весьма лихо и непонятно. «Невидимый мир ошалел», – подумала она тогда.

Здесь как раз Нил Палыч и подвернулся.