Энни из Эвонли

Как раз когда Энни возвращалась в дом, во двор въехала Марилла Катберт, и Энни поспешила приготовить чай. За чаем они и обсудили дела.

– Скорей бы аукцион, – сказала Марилла. – Хлопотное это дело иметь столько скотины, а смотреть за ней некому, кроме как Мартину, на которого особо не понадеешься. Он так и не заявился еще, а обещал. Я отпустила его на день, на похороны тетки, он пообещал, что обязательно вернется вовремя. А его всё нет. Не знаю, сколько у него этих теток. Он у меня работает с прошлого года, и за это время у него уже четвертая тетка умирает.

Поскорее бы созрел урожай, тогда делами фермы займется мистер Барри. А Долли, пока не вернется Мартин, придется держать в загоне. Разве что ее перевести на заднее пастбище. Но там ограду надо подремонтировать. Как говорит Рэйчел, мы живем в мире сплошных проблем. Сейчас бедная Мэри Кит при смерти, а у нее двое детей, вот и представь, что с ними делать. Брат у нее есть, он в Британской Колумбии. Она ему пишет, что, мол, так-то и так, дети и так далее. А от него ни слуху ни духу до сих пор.

– А что у нее за дети? Сколько им?

– Шесть с чем-то… Двойняшки.

– Ой, я так люблю близнецов, двойняшек! Особенно после того, как они пошли у миссис Хэммонд! – с жаром воскликнула Энни. – Они хорошенькие?

– Куда там! Это были такие грязнули. Дэви, бывало, делает куличи из грязи, а Дора выйдет позвать его домой. Так вот Дэви раз и головой ее в самый большой кулич. Та в крик. А он, чтобы показать, что, мол, ничего тут такого нет, чтобы плакать, и сам головой в грязь.

Весь вымажется! Мэри говорила, что Дора действительно очень хорошая девочка, но этот Дэви такой озорной мальчишка. Что ж, отец умер, когда он был совсем маленьким, а Мэри больна, почти с тех пор. Откуда же ему взять воспитание?

– Мне всегда жалко детишек, которые лишены воспитания, – грустно произнесла Энни. – Ведь и у меня было то же самое, пока ты не взяла меня. Я думаю, их дядя приглядит за ними. А в каких вы родственных отношениях с миссис Кит?

– С Мэри-то? Да ни в каких.

С мужем ее да. Он мне… четвероюродный брат… А вон миссис Линд идет. Вот с ней-то и можно поговорить о Мэри.

– Ой, только не говори ей о мистере Харрисоне и корове, – взмолилась Энни.

Марилла пообещала не говорить, но необходимости в таком обещании не оказалось, поскольку миссис Линд, не успев сесть, сказала:

– Я видела, как мистер Харрисон выгонял вашу корову из своего овса, когда шла домой из Кармоди. Мне кажется, он одурел от гнева.