Игра на вылет

Чарли повела джип на съезд с магистрали и притормозила у знака остановки. До клуба оставалось меньше мили, когда она вдруг вспомнила, с кем сейчас встречается.

– Папе пока ничего не говори, хорошо? Мы оба знаем, как он это воспримет.

– Заметано. Мне надо бежать, детка. Позвони, когда закончите с папой. И… Чарли, я понимаю. Наверное, ты права.

– Спасибо. Держи за меня пальцы скрещенными, хорошо?

Она нажала «отбой» и как раз подъехала к парковке клуба.

– Привет, Чарли! – крикнул менеджер клуба со своего места, где он надзирал за парковщиками.

 – Как нога?

Она вышла из машины и помахала ему рукой.

– Лучше. Отец там?

– Да, сказал, что будет ждать тебя за твоим столиком.

Чарли похромала к ресторану. Метрдотель проводил ее в дальний правый угол зала, к лучшему столику, стоящему у окна с захватывающим видом на девятую лунку. Перед тем как Чарли перешла в профессионалы, ни она, ни ее отец никогда не садились за этот стол – отец даже редко ел в гостевом зале. Теперь с ними обращались как с особами королевской крови.

– Прости, я опоздала, – сказала она, осторожно опускаясь на стул. Таблетка еще не подействовала, и послеоперационная боль, усиленная мышечной болью от занятий, давала о себе знать.

Отец наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Ничего. Не так уж плохо посидеть здесь, глядя в окно, особенно в такой солнечный день. Как прошли занятия?

Мистер Сильвер сохранил густую шевелюру даже в шестьдесят один год. Волосы начинали седеть у висков, и он отпускал много каламбуров насчет «серебра», однако Чарли считала, что он по-прежнему красив.

У него был густой загар, но каким-то образом ему удалось избежать того, чтобы кожа выглядела дубленой, что случалось со многими мужчинами, проводившими столько времени на солнце. Его глаза все еще были яркого зеленого или синего цвета, в зависимости от цвета рубашки. Правда, он прибавил несколько лишних фунтов – и начал носить эксцентричные наряды, типа шорт до колен с коричневыми кожаными ремнями, – однако подтянутая фигура и высокий рост компенсировали многое, и ни одну из его подруг, судя по всему, не отпугивал ни лишний вес, ни недостаток вкуса в одежде.

Чарли поправила пояс белых джинсов, которые за последние пару месяцев стали заметно туже.

– Рамона – зверь. Но она мне нравится.

– Она лучшая в своем деле, все так говорят. – Мистер Сильвер кашлянул. – Чарли, есть кое-что…

– Я говорила с Тоддом Фелтнером.