Чудские копи

Чудские копи

Сергей Трофимович Алексеев

Молодой, удачливый олигарх Глеб Балащук не верил, что в жизни всегда есть место чуду. Ему пришлось изменить свое мнение, когда в окрестностях его родного шахтерского городка появились новгородские ушкуйники в кольчужных доспехах XV века. А вскоре начали оживать поверья о таинственном народе рудознатцев, который испокон века скрывается под землей. И оказалось, что все, к чему стремился Глеб, все его капиталы ничто в сравнении с древними правдами, которые открылись ему благодаря встрече с чудской девой Айдорой.

Вопрос в том, нужны ли эти правды бизнесмену Балащуку?

Сергей Алексеев

Чудские копи

Этот роман родился благодаря добрым помыслам губернатора Кемеровской области АМАНА ГУМИРОВИЧА ТУЛЕЕВА, за что автор выражает ему искреннюю признательность.

1

Глебу приснилось, что он умер на кровати-качалке, стоявшей среди роз в уютном уголке усадьбы под прикрытием высоких кирпичных стен и деревьев.

Он отчетливо понимал, это сон, и все равно было тоскливо и горько смотреть на свое бездыханное и неподвижное тело, да еще в открытые, остекленевшие глаза.

Причем видел себя со стороны и понимал, что никто ему не поможет, охрана хватится и переполошится только утром, когда будет поздно, кровь свернется и тело окоченеет. Ноги уже стали холодными, а скрюченные руки не разгибались, чтоб дотянуться и взять телефон…

Думать, или, точнее, выстраивать свои мысли в цепочку, он уже не мог, в голове проносились вспышки, озаряющие всего лишь обрывки зрительных картинок.

Очень похожих на те, когда летишь вниз в громыхающей шахтной клети, и из мрака на мгновение являются освещенные горизонты, где мелькают люди, какие-то предметы и эпизоды прошлых событий, никак не связанных между собой.

Из всех же чувств осталась щемящая детская досада, сопряженная со страхом: что будет, когда о его смерти скажут матери?

Но тут откуда-то явилась девочка лет двенадцати, присела рядом на траву и стала качать кровать, словно зыбку, и вроде бы даже что-то напевать.

Как и бывает во сне, лица он не разглядел, а только ее образ, эдакие цветные пятна молочно-белых волос, золотисто-коричневой загорелой кожи и голубоватые белки глаз. И плечи вроде бы покрыты синей тканью, которая постепенно переходит в такие же ночные сумерки.

– Ты кто? – будто бы спросил он.

Девочка перестала качать, молча поднесла зеркальце к его лицу и замерла. Глеб вспомнил, что так проверяют, жив человек или нет, и сразу понял: она и есть смерть.