Всё о Поллианне

– Здравствуй, Поллианна. Я… – начала она.

Но закончить не успела. Едва переступив порог, девочка бросилась к тётушке и вмиг оказалась у неё на коленях.

– Ах, тётушка Полли, как же я рада, что наконец приехала! Как чудесно, что я буду жить с вами! – восклицала Поллианна со слезами. – Вы даже не представляете, какое это счастье быть с вами и с Нэнси, а не с дамами из благотворительного комитета!

– Весьма вероятно, – сухо сказала мисс Полли, пытаясь отцепить от себя маленькие, но цепкие детские пальчики. – Хотя я не имела чести быть знакомой с этими дамами…

Она раздражённо покосилась на Нэнси, которая осталась стоять в дверях.

– Можешь идти, Нэнси! А ты, Поллианна, веди себя как воспитанная девочка. Я даже не могу тебя толком рассмотреть.

Звонко рассмеявшись, Поллианна чуть-чуть отстранилась.

– Да что на меня смотреть! Ничего особенного – веснушки, да и только… Ах да! Я должна объяснить насчёт этого клетчатого платья. То есть почему я не в чёрном, траурном. Чёрная бархатная накидка была вся в белых пятнах и рваная… Я уже рассказывала Нэнси, что папа…

– Хватит! Теперь ты должна обо всём этом забыть! – резко сказала мисс Полли.

 – Я полагаю, ты приехала с чемоданом?

– Ну конечно, мисс Полли. У меня замечательный чемодан. Мне его подарили благотворительницы. Правда, он почти пустой. У меня ведь немного своих вещей. В последнее время нам совсем ничего не присылали детского. Только книги для папы. Миссис Уайт сказала, чтобы я взяла их с собой… Ведь папа…

– Поллианна! – снова перебила её тётя.

 – Заруби себе на носу: мне совершенно безразлично, что тебе говорил отец и тому подобное.

– Но почему, тётушка? – изумлённо выдохнула малышка. – Разве вы…

– Хватит болтать! Сейчас мы поднимемся в твою комнату. Твой чемодан уже там. Я распорядилась, чтобы Тимоти отнёс его туда. Иди за мной, Поллианна!

Тётушка двинулась из комнаты, и Поллианна молча поспешила за ней. На глазах девочки блестели слёзы, но губы были решительно сжаты.

«Ну что ж, – думала она, – может быть, даже хорошо, что не нужно рассказывать ей про папу.

Так даже легче. Наверно, ей очень грустно слушать про него. Она, наверное, такая ранимая…»

Девочка смахнула слёзы и огляделась по сторонам. Они уже вышли в коридор. Впереди колыхалось пышное шёлковое платье тётушки. В гостиной виднелись кресла, обитые парчой, и дорогие, благородных тонов ковры. Они шли по роскошной, мягкой, как нежный мох, зелёной ковровой дорожке. На стенах – картины в золочёных рамах.