Рамка

ну вы уже утром шли

а мы-то шли ночью

на катамаране попали прикиньте

и, конечно, – ну дуракам закон не писан

мы в такое попали мясо

думали всё

ну виду не подаём – детишки молодцом, нормально тоже держались

у нас доче шесть, сыну восемь

уже думал честно, ребята, всё – ну

но тут эти луды, кругленькие островки эти

как-то пришвартовались не наскочили

ад кромешный, волны, палатку не поставить

хорошо мы привычные, соображаем

это часов в пять было утра, уже светло

не понятно, на фига было не заночевать нормально на материке

промокли в итоге напрочь, чуть не утонули

ну а что – даже весело стало, как согрелись

приключение

даже детишки не ноют

есть же и горелка, и бензин

можно хоть воду поджечь

уже и Островки видно

в целом нормально выскочили

нормально нас потрепало

мокрые пришли абсолютно

но весело

разложили на камнях вещички на просушку

палатку поставили, костёр развели кашу сварили

думали трески наловим

но тут эта бодяга

мы про коронацию вообще ни сном ни духом

а тут оказывается аншлаг

глядим, бежит к нам этот серый

билетики ваши

я предложил оплатить на месте в двойном размере

а серый не слушает

и давай-давай через рамку нас таскать

жена дети прошли, а я запищал

не удивился даже честно говоря

в метро раз в год езжу – так каждый раз останавливают

узбек, что поделаешь

а теперь уж даже и не знаю

то ли что-то с бизнесом

то ли просто как обычно

но вот это отбирание вещей – меня это напрягло, честно

ребята, меня это сильно напрягло

я знаете думаю, что это теперь не просто так всё

потому что они не могут не понимать, что мы за такое и в суд подадим и вообще

и раз они такое себе позволяют

Вы хотите сказать… – начал Бармалей.

Он хочет сказать, что нас отсюда вообще не выпустят, – хихикает Вики и руки потирает, как будто это всё не с ней – оптимистичная девушка. – А чо, я бы не удивилась.

Ерунда какая! – Николай Николаич.

Это лишь предположение, – Боба, задумчиво. – Необязательно всех… Может быть, только меня…

Солнце уже ушло из кельи, но там, снаружи, продолжался яркий тёплый день. Звуки стали приглушёнными; видимо, экскурсантов впустили внутрь, в ворота, и только какая-то собака время от времени выразительно гавкала под стеной.

А вообще, – Боба Казиахмедов, – я рад, что мы остались живы и приплыли сюда. Это главное.