Рамка

Но только да, важно, к этому, да, нужно относиться уже серьёзно, раз ты уже начал это делать – то имеет смысл просто идти до конца с этим делом, иначе просто смысла нет, иначе ты просто ну не создашь такого уровня заточенности, такого уровня сложности, который даст тебе те преимущества, которые эта система в целом может дать, и на который она рассчитана…

…вот знаете, я однажды… ну, был очень расстроен… это, как ни странно, была тоже ситуация, связанная с расставанием… и я – ну, как это бывает – ну, пустился, так сказать, во все тяжкие, это было, конечно, смешно, забавно… но что интересно – я и сам не знал, я не помнил, что там происходило, но когда я вернулся к системе, она предложила мне всё, что происходило, считать… она всё рассчитала, и я увидел нормальную кривую, сколько… в общем, что я вам хочу сказать, равновесие на самом деле… когда долго уже работаешь с этой системой, то понимаешь такую одну странную вещь… что равновесие, оно никогда не может быть нарушено, что не бывает вообще такого, чтобы нарушался как-то порядок… это можно только закончить, прекратить, вы понимаете, о чём я… но выскочить ты уже никуда не сможешь.

Если есть жизнь, то есть и норма, если жизнь есть, то она нормальна… вот эту вещь, эта вещь – она им и недоступна… и вот эту вещь когда начинаешь понимать, то от этого понимания ты довольно долго… это серьёзные всё вещи, когда говоришь об этом, надо понимать, что ты сразу говоришь и… по сути… это и стало причиной того… что я тоже оказался не очень-то нужен им с моей разработкой. Им, как оказалось, нужна не норма, норма для них слишком сложна, им нужно на самом деле то, что хуже, чем норма… на самом деле – им нужна не норма, а безумие… и так я лишился сначала бОнусов, а потом и крЕдитов, и докатился до того… до того, чтобы…

Органайзер замолкает. И чип в его виске мерцает, остывая. Солнце уже давно не заглядывает в сахарницу даже искоса. Часы Николая Николаевича показывают шесть.

12. Пресс-конференция Ричи

Вдруг Ричи снова принимается лаять – да так чётко, отрывисто.

Ребята, – Галка, – у моего Рича для вас какие-то новости.

Для нас?

И для меня есть? – Алексис.

Для всех, – Галка. – Поднимите меня, уважаемые мужчины, и я всем всё передам.

Бармалей и Боба быстро встают у окна, сложив руки крестом. Галка взбирается на крест, её поднимают к окну, и она, издав призывное гавканье, слушает сообщения. Ричи лает, и Галка смотрит на Бобу Казиахмедова.

Значит так, Боба.