Цена мести

Слова, которые не дадут ничего, кроме видимого и ложного облегчения. Временного.

Открывается позади дверь, когда он жмёт на кнопку.

– Уходи, – говорит, глядя, как она всё ещё стоит на месте недвижимой статуей, точно парализованная или калечная какая. – Проводите даму, – бросает он охране.

Ника приходит в себя, когда мужские ладони касаются плеч. Её как в ведро с дерьмом окунули. От шеи до лопаток бегут мурашки – стайкой ядовитых насекомых жалят кожу. Ден понимающе усмехается, глядя на её реакцию, ведь он, правда, понимает.

От осознания этого становится совсем тошно.

– Я сама, – огрызается она, отталкивая чужие руки, и выходит из кабинета.

Глава 2

Ден

Он вдыхает терпкий дым, ощущая, как тот дерет глотку, выпускает наружу вместе с остатками поглощённых чувств. Пожранная вчерашним утром раздражительность кассирши выветривается, оставляя после себя чёрную бездонную дыру.

Макс усаживается в офисный стул напротив, смотрит над него исподлобья, потирая пальцем бровь.

– Что там с девчонкой? – спрашивает, оглядывая кабинет.

Ден морщится, вспоминая короткую беседу. Ника поступила глупо, выступив против него. И ладно бы они были наедине, так нет же, на встрече присутствовали шишки. Они всё видели. Чёрта с два он теперь может просто её отпустить. Сам облажался, не подумал о таком исходе. Но кто бы предполагал. Он был уверен, что она с лёгкостью откажется от нежеланной дочери, скинув её в чужие руки, в обмен на такую желанную месть. Теперь отец требует убрать всю семью.

Он бы так и поступил, если б не Света. Блядь. Да если б люди с метеоритной пылью в венах валялись на дороге, ему бы не пришлось и сделку заключать.

– Упрямится, но это ненадолго, – натянуто улыбается он, стряхивая пепел.

– Уверен? На счёт контракта ты также думал, но, как видишь, план накрылся. Кстати, какого получить ножевое? Больно, наверное, – щерится Макс, Ден закатывает глаза.

– Не говори, что ты откусил кусочек от своего охранника, – его сопровождающий – тот ещё нервозный мужик, переживающий по поводу и без.

Друг смотрит ему в глаза, и Ден замечает такой знакомый живой блеск в обыкновенно стеклянных зрачках.

– Ооо… Твою мать, Макс. Какого…? Мы не жрём работников, они потом и повседневные-то дела с трудом выполняют.

– Я не буду извиняться. До кормушки добраться не успевал. А мы же не хотим, чтобы город преждевременно превратился в пустыню? – что верно, то верно. Если до приступа остаются считанные минуты, выбор невелик.