Попутчица

Так что езжай, да живи в мире и в радости.

– Да какая уж тут радость, сбылись твои слова.

– Ой, еще горше стало, – Анна присела на скамейку у калитки, – чем я могу тебе помочь?

– А ничем. Теперь уже случилось. Вот непонятно мне: чего вам надо, когда все есть?

– Я про других не знаю, я про себя скажу: в радость было бы мне мужа на работу провожать, а потом думать, что встречу с работы, обниму, потому как скучать буду. Даже на один день – и то скучать буду. Если дорог мне человек, думать о нем буду, ждать буду, любить… и чтобы он любил.

Только разве возможно такое нынче?

– Вот и я так хочу. А Лида не захотела.

– Так, может, помиритесь? Ты не отступайся, если тянет к ней. Ты же вон какой пригожий, семейный…

– Теперь уже сломалось. Это машину можно наладить, а жизнь – не всегда.

– Ты бы вот смогла ждать и на других не заглядывать?

– А я и так всю жизнь жду, надеюсь, что и у меня счастье будет.

– И меня бы ждала?

Анна встала со скамейки, взяла из рук Степана лопату: – Нет, Степан, тебя ждать не буду, сердце свое женское «мучить» не хочу.

Сгоряча ты слова эти сказал сейчас, как и я тогда про твою жену. Получается, что напросилась я к тебе? Нет, не хочу так. Уезжай, налаживай свою жизнь. А ко мне больше никогда не приезжай, не смущай соседей, чтобы сплетен не было.

Она посмотрела на лопату, повертела ее в руках. А лопата и, правда, неудобная, заменю я ее, сама заменю.

– Ну, ладно, не кипятись, я ведь просто так спросил, – Степан отступил, – думаешь, легко узнать, что не нужен.

Все годы нужен был, а тут вдруг не нужен. Вот и мучаюсь, до истины докопаться хочу.

– Понимаю, сама два раза оступилась, каждый раз думала, что навсегда, – Анна попрощалась с незваным гостем и пошла к калитке, показав, что не намерена больше говорить. – Поговори с женой, может и наладится, – сказала она, перед тем как закрыть калитку.

Домой вошла, как в тумане, еще больше расстроенная встречей с водителем лесовоза.

Приезд его было неожиданным, и поначалу испугал, потом удивил. Не может человек любопытства ради ехать за двадцать километров, не зная адреса, искать по имени, чтобы задать несколько вопросов.

Значит, действительно, мучается этот водитель, встретившийся ей на зимней дороге. «Кому-то счастье выпало, а им не дорожат, – с горечью подумала Анна, – а тут, видно, одной век прожить придется».