Пленница заснеженного замка

Сводчатые потолки были не высоки, не более шести с половиной футов, что, наверное, и подтолкнуло меня в очередной раз немного взгрустнуть о небольшом росте Фрэнка – как и все уроженцы северной части Королевства, мой возлюбленный был светловолос, голубоглаз и в меру приземист. То есть мы были с ним практически одного роста. А если точнее, я выше на целых два дюйма. Несущественная разница, тем более, мы и не думали делать из этого трагедию, однако, чтобы любимому было комфортно прогуливаться со мною под руку по старым улицам Маунтона и показываться в светских салонах, я отказалась от каблуков.

А вот Паркеру то и дело приходилось пригибать голову, чтобы не задеть выступающие потолочные балки. Редко мне доводилось видеть таких высоких людей. А ещё реже – высоких и статных портье с плавными и грациозными движениями профессионального танцора.

Когда снаружи послышался отдалённый лязг металла, я выглянула в окошко. Но ничего, кроме заснеженного внутреннего дворика, не увидела.

– Что это за шум? – обратилась я к портье.

– Поднялись ворота, мисс, – объяснил тот. – Мы всегда поднимаем их на ночь, если только не ожидаем новых гостей.

Всё ради безопасности постояльцев!..

– Получается, мы отрезаны от всего мира? – с несколько преувеличенной радостью сказал Фрэнк и подмигнул мне.

– Выходит, что так, сэр, – невозмутимо ответил Паркер.

– Много ли постояльцев в отеле? – пропустив вполне прозрачный намёк Фрэнка мимо ушей, полюбопытствовала я.

– Немного, мисс, – сказал портье. – Кроме вас и мистера Хеммерсмита, ещё семеро гостей.

У нас не так много номеров и практически все заняты, – и добавил вслед за девушкой на рецепшене: – Надеюсь, мисс, вам понравится ваш номер.

Я попыталась улыбнуться. Не знаю отчего, но меня охватило смутное беспокойство, как будто эта поездка может обернуться для меня чем-то очень нехорошим. Однако я, отбросив хмурое настроение как ненужную обёртку от шоколадной конфеты, поспешила вслед за Паркером.

Когда-то в башне наверняка имелась лестница, может быть, она сохранилась до сих пор, просто её не было видно.

Мы поднялись на лифте, в котором, будь он на дюйм-другой теснее, разместиться втроём, не касаясь при этом друг друга локтями, было бы весьма проблематично.

Кованые дверцы раскрылись, приглашая в неширокий коридор, освещённый, как и та часть Замка, где мне уже довелось побывать, лампами в виде факелов. А вот устилавший пол красный ковёр был мягче и толще – мои ноги утонули в ворсе по щиколотку.