Кумач надорванный. Книга 2. Становление.

– Какая надо у них психология, – заступился он за мужиков. – Просто живут и видят, что жизнь всё хуже становится. Провода вон красть уже начали. Такой вот он – реформаторский курс.

Павел Федосеевич, сдавленно выдохнув, глянул сыну в глаза:

– Бардак долго не продлится, Лерик. Это всё временно, поверь. Ведь реформы – они только-только начались. Вечно у нас на Руси хотят всего да сразу. И чтобы это всё ещё и с неба упало, само. Для того чтобы реформы успех имели, нужно самим много усилий прикладывать. Себя начинать менять.

Вот те же кражи проводов – это, между прочим, коммунистическая мораль аукается. Уважения к собственности она людям не привила. Даже к государственной. А ведь без уважения к праву собственности никакой эффективной, прибыльной экономики не создашь. Так и будут: не сами зарабатывать учиться, а по сторонам завистливо зыркать. Не дай бог, у кого-то получаться начнёт. Всё, караул! Кулачьё!

Катерина, знавшая о крупной ссоре между отцом и сыном, зажгла ещё одну лампу и повлекла Валентину с собой, будто за каким-то делом, в сени.

– Ну куда вы меня? – зашептала ей на ухо Валентина. – Разругаются ж они опять.

– Пускай говорят, – шикнула, затворяя дверь, свекровь на невестку. – П олитика – и х, мужицкое дело. Поговорят и помирятся. Не дело им друг против друга камни за пазухой копить.

Павел Федосеевич и Валерьян впервые за эти два дня остались наедине. Продолжая сидеть на лавках, они глядели друг на друга через стол, неотрывно и недоверчиво.

– То, что с ценами затеяли – это для воспитания чувства собственности, хочешь сказать? – осведомился Валерьян ядовито.

 – Чтоб буквально над каждой копейкой приучались трястись?

– С ценами, конечно, выходит не очень хорошо. Тут где-то не додумали, не рассчитали, – признал Павел Федосеевич, но тут же бросил, точно козырь. – Но хотя бы продукты на прилавках появились, дикие очереди исчезли. Согласись!

– А толку от этих продуктов, когда денег нет?

– Деньги заработать можно. Той же торговлей, например.

Ельцин же не просто так ей полную свободу предоставил. Нашему народу давно пора не на государство смотреть, а самостоятельно зарабатывать учиться. И начинать с самого элементарного.

– Ты что же, мне советуешь на автобусной остановке начать носками спекулировать? – воззрился на него Валерьян. – Или сам собираешься?

Павел Федосеевич протянул через стол руку, положил её сыну на плечо:

– Ты не ершись. Политика политикой, а жизнь жизнью.