Свободная страна

Отупев и присмирев от долгих рыданий, Юля медленно переползла с дивана на кровать, легла, уставилась в потолок и впервые за всю жизнь вдруг испугалась, что сошла с ума. Резко села на кровати. Не поняла, почему она – это она, почему она здесь, вот в этой комнате, в этом поселке, в этом регионе этой страны, почему люди вокруг умирают, а другим дела нет, почему снег, почему весна, почему коврик у кровати, почему баба Рая с утра до ночи рыдает, помирает от горя, а сама всегда говорила – надо радоваться тому, что есть, и забывать то, чего нет.

Белый потолок казался Юле белой простыней, которой укроется земля, когда людей истребят с помощью тяжелой межконтинентальной баллистической ракеты «Сармат» и глубоководных быстроходных аппаратов большой дальности, оснащенных ядерными боеголовками. Тогда миру станет легче дышать – без людей. Погибавшие в пожаре дети, о чем они думали? О том, как жалко расставаться с мамой, с друзьями, с кошкой, о том, как душно, как темно, как пахнет гарью. Вот и все, вот и все – трагедию дети оставили тем, кто выжил.

Живым взрослым осталась трагедия, это их трагедия.

* * *

Шестой день выдался ярким. Солнце залило все окрестности, оно просвечивало даже в самом густом лесу, а редкий лес сиял и оживал. Выползли откуда-то пауки и жуки: лубоеды, навозные, майские, маврские клопы. Зажужжали пчелы, затрепетали на теплом ветру стрекозы, пилильщики, листовертки, гессенские мухи. Застрекотали кузнечики. Заторопились по своим делам озимые черви. За один день расцвел розово-лиловый маральник, и листья на деревьях распустились – салатового оттенка, лаймового, оливкового, цвета папоротника, зеленого лука.

Последний лед и снег провалились сквозь землю, реки закрутились в новых летних заботах, озера выдохнули, разбавив напоенный ароматами сосновый воздух глубоким запахом водорослей, камней и песка. Весна наступила.

– Ар-тем-ка-а-а!

Через друзей Миша договорился с барнаульской школой МЧС, чтобы прислали водолазов. Никто не знал, где искать, поэтому решили искать в Малиновом озере, где Артемка летом часто плавал.

От М. до озера пешком можно было дойти часа за два с половиной. Еще при Екатерине II приезжие иностранцы удивлялись, когда на столе видели соль странного малинового оттенка. Вряд ли они могли предположить, что такую соль привозят из Кулундинской степи, простирающейся у подножья Алтайских гор. Люди, особенно женщины, жили легендами о целебном розовом озере, искупавшись в котором бесплодные рожали, а некрасивые хорошели.