Морф

Оттуда на меня с подозрением воззрился рыжий и усатый, как таракан, гвардеец. Недобро и выжидающе уставился – а меня вдруг прошиб ледяной пот. За спиной зашикали, мол, парень, плати пошлину и отваливай, все торопятся.

– Сколько? – язык с трудом ворочался во рту, хотя, казалось, для этого не было совершенно никаких причин. Мелькнуло, конечно, опасение, что моих сбережений не хватит на то, чтобы войти в Талью, и это, охр возьми, будет совсем уж глупо: дойти до города и остаться у ворот…

Гвардеец каркнул в ответ, и я с облегчением отсчитала ему медяки.

– Эй, погоди-ка, – вдруг сказал он, таращась на меня из будки, – парень, ты тут в первый раз?

– Да, – кивнула я, – а что?

– Пройди, подожди за воротами, – он ухмыльнулся, провел грязными пальцами по встопорщенным усам, – у нас обязательный учет тех, кто в первый раз в городе.

Я пожала плечами. Хорошо. Учет так учет. Мне-то что? Я здесь собираюсь задержаться надолго и, между прочим, стать выдающейся вышивальщицей.

– Обязательно дождись! – прикрикнул вдогонку гвардеец. Меня уже нетерпеливо подталкивали в спину, желающих попасть в Талью было немало. Я вынырнула из прохладной тени на залитую жарким светом площадку, огляделась. Хм. Подожди за воротами. С какой стороны?

– Оружие на землю, – прозвучал за спиной резкий голос.

А в позвоночник у основания шеи так и впилось что-то острое, холодное. Вот те раз! Вот вам и Талья!

– Оружие на землю! Живо, ну?!!

Я беспомощно завертела головой: да-да, сюда, похоже, согнали весь гарнизон.

Сверкали на солнце начищенные кирасы, холодно блестела сталь. К горлу подкатил тошнотворный комок, голова закружилась. И это все – ради меня? Что, охр возьми, происходит?!!

– П-погодите, – выдавила я, – я… не…

– Ор-ружие! – гаркнули в третий раз.

В шею – уже ощутимо – ткнули острием, и я почувствовала как за ворот по спине потекла горячая капля. Нет, все это не может происходить со мной.

Или я сошла с ума? Или… может, дурацкий розыгрыш?

Но то, что мне уже пустили кровь, было вполне реальным, не шуточным. Тупой животный страх захлестнул сознание, перед глазами мутилось; казалось, что сверкающие кирасы вот-вот сомкнутся вокруг и сожгут меня дотла. Трясущимися пальцами я кое-как отстегнула ножны, и они тяжело ударились о мостовую.

– Руки за спину, – последовала размеренная, четкая команда.