Морф

– И что тогда означает весь этот… богомерзкий маскарад?

– Ваша светлость, вам ли не знать, что одинокой девушке нынче опасно разъезжать по дорогам?

Он кисло улыбнулся, а затем, подумав о чем-то, пробурчал:

– Девица из семьи Валле и не должна разъезжать в одиночестве. Сам не понимаю, почему должен слушать все эти россказни…

И он поднялся, собираясь уходить. Моя последняя надежда на спасение таяла как туман пополудни, уплывала, как сорвавшаяся с крючка рыба… И я, превозмогая режущую боль в груди, метнулась к нему и вцепилась в бархатный рукав.

В шею кольнуло острие меча – а ну, на место, отойди! – но я и не думала сдаваться. В конце концов, если меня швырнут на место, в вонючий угол камеры, это будет означать одно: смерть на виселице. И, давясь слезами, я принялась умолять «его светлость» не торопиться. Да, я призналась в том, что меня вышибли из клана. В том, что, охр побери, это случилось из-за моего никчемного дара вышивальщицы. Но я же все равно маг! И, следовательно, судить меня тоже должны с участием магов, я ведь очень хорошо знала этот пункт недавней буллы королевского магистра!

Он хмыкнул и методично, один за другим, разжал мои пальцы.

– Вышивальщица, говоришь? А не лжешь ли ты, чтобы спасти свою шкуру?

– Ваш… светлость, – я окончательно раскисла, захлюпала носом, – я могу… доказать… Охр возьми, вы же знаете, что у меня в сумке было! Если только ее не сперли ваши…

– Не смей возводить напраслину на гвардейцев его величества!

Начальник гарнизона возвышался надо мной как смотровая башня Оссена, и в его темных глазах зловещими огоньками отражался свет факела.

У меня, кажется, начиналась самая обычная женская истерика; я плакала навзрыд и не могла остановиться, пыталась вытереть слезы, но, похоже, только размазывала их по грязным щекам.

– Э-э, Гийом, – наконец протянул «его светлость», – отведи эту особу в мои покои. Я лично буду ее допрашивать.

Челюсти Гийома дрогнули и снова задвигались, перемалывая неведомый мне продукт.

– Руки вязать? – деловито осведомился он у глубоко задумавшегося командира.

– А? Что? Нет, конечно же, нет, – «его светлость» развернулся на каблуках и вышел вон.

***

Гийом оказался на диво добродушным субъектом, и за те полчаса, которые заняла дорога к покоям «его светлости», мне была прочитана не только краткая лекция по истории города Тальи, но и пересказаны примерные биографии покойного Улли Валески и начальника гарнизона.