Время должно остановиться

А рядом с ним стояла ее мама, маленькая и хрупкая, которая, однако, помогала выживать этому совершенно беспомощному в житейских делах, не от мира сего мужчине; крохотная птичка, уподобившаяся Атласу и державшая на себе всю материальную тяжесть вселенной.

– Есть такой прием, как моральный шантаж, – сказала она. – Если окружающие тебя люди настойчиво пытаются жить как ранние христиане, у тебя тоже не остается выбора, верно?

– Признаю, выбор действительно невелик.

Юстас вынул сигару из уголка рта и выпустил облако дыма.

– Это одна из причин, – добавил он с усмешкой, – почему так важно избегать общества добрых людей.

– Одной из таких стала для меня ваша падчерица, – сказала миссис Твейл после некоторой заминки.

– Кто? Дэйзи Окэм?

Она кивнула.

– А, так значит, вашим отцом был тот, как бишь его, каноник, о котором она постоянно твердила.

– Каноник Крессуэлл.

– Точно – Крессуэлл. – Юстас просиял, глядя на нее. – Могу только сказать, что вам нужно непременно послушать, как она о нем отзывается.

– Слышала, – сказала миссис Твейл. – И не раз.

Дэйзи Окэм, Дотти Фрибоди, Ивонна Грейвз – святые женщины. Одна толстушка и две худышки. Миссис Твейл еще в юном возрасте однажды изобразила на рисунке, как они втроем сидят у подножия креста, на котором группа бойскаутов распинает ее отца.

Юстас снова нарушил молчание, но на этот раз смехом, предметом которого была его падчерица и отчасти каноник Крессуэлл.

– Все эти ее утопические благие намерения! – сказал он. – Но, конечно, – добавил он уже с долей сострадания, – у бедняжки не оставалось альтернативы после того, как она потеряла и мужа, и сына.

– Но она занималась благотворительностью и прежде, – сказала миссис Твейл.

– Тогда воистину нет ей прощения! – воскликнул он.

Миссис Твейл улыбнулась и помотала головой. Потом она вдруг сама призналась ему, что именно Дэйзи Окэм познакомила ее с миссис Гэмбл.

– Редкостная удача! – произнес Юстас.

– Но в ее доме я еще и встретилась впервые с Генри.

– С Генри? – переспросил он.

– Так звали моего мужа.

– Ах да, конечно!

Снова наступило молчание, пока Юстас сосал кончик сигары и старался припомнить, что Королева-мать рассказывала ему о Генри Твейле. Партнер в юридической фирме, которая занималась ее делами.