«Дневник сумасшедшего» и другие рассказы

Жена Ци Цзина не успела ответить, так как неожиданно увидела своего мужа, выходящего из переулка. На него она и перенесла свою атаку, закричав:

– Эй ты, мертвяк! Только возвращаешься? Где ты пропадал? Тебе не важно, что люди ждут тебя ужинать!

Хотя Ци Цзин и жил в деревне, но его мысли давно парили в высоте. Начиная с деда, вот уже три поколения, никто из них не брался за мотыгу. Поэтому, следуя их примеру, Ци Цзин толкал шестом почтовую баржу. Утром из Лучжэня в город, а к вечеру назад в Лучжэнь.

Поэтому он кое-что знал: где, например, бог грома уничтожил духа стоногого дракона… где девушка родила чудовище… Он определенно имел некоторый вес в глазах деревенских жителей. По деревенскому обычаю, ужинали не зажигая огня, и Ци Цзин сознавал, что своим поздним возвращением он вполне заслужил брань.

Ци Цзин держал в руках длинную – больше шести чи[11 - Чи – китайский фут.] трубку из пятнистого бамбука, с мундштуком из слоновой кости и чубуком из белой меди. С опущенной головой он медленно подошел и присел на скамейку.

Воспользовавшись случаем, откуда то вышмыгнула Лю Цзин и, усевшись около него, позвала:

– Па-па!

Ци Цзин не ответил.

– C каждым поколением, все хуже и хуже! – сказала старуха Цзю Цзин.

Ци Цзин поднял голову и, вздохнув, сказал:

– Император вступил на трон дракона.

Жена Ци Цзина застыла от изумления, а потом воскликнула:

– Ну, вот и хорошо; теперь, значит, будут императорские милости!

Ци Цзин снова вздохнул и сказал:

– А у меня нет косы…

– Разве император требует, чтобы была коса[12 - При Маньчжурской династии, мужское население, в знак покорности маньчжурам, должно было носить косы.

].

– Да, будет требовать.

– Откуда ты знаешь? – забеспокоившись, быстро спросила она.

– В винной лавке «Сянь-хэн» все говорят.

Тут жена Ци Цзина почувствовала, что дело действительно оборачивается очень скверно: Винная лавка «Сянь-хэн» была верным источником всех новостей.

Бросив взгляд на бритую голову Ци Цзина, она почувствовала, что ее охватывает возмущение и злость против мужа. Сдержавшись, она быстро наполнила чашку вареным рисом и сунув ее перед Ци Цзином, сказала:

– Ешь скорее свой рис. Слезами косу не вырастишь.

Солнце собрало свои последние лучи и над сумрачной водой появился прохладный ветерок. Над берегом слышался только стук чашек и палочек для еды. На спинах людей стали появляться капельки пота.