Острые углы треугольника

Михаил сел к столу:

– Ну, рассказывай, куда ты с детьми ездила, что тут произошло, пока я был на службе?

– Пока ты был «на дежурстве» я устроилась на работу.

– Куда? Кем?

– Няней в детский сад и ясли.

– Зачем?! Денег не хватает?

– Просто хочу работать.

– Тоже мне, работа! Тебе что, дома горшков мало?

– Ни на какую другую работу без диплома мне не устроиться.

– Вот и сиди дома. Наших-то детей куда ты денешь?

– Дети будут со мной. Ирину берут в садик, Никиту в ясли.

Михаил открыл было рот, чтобы отговорить Анюту от этой странной затей, но в кухню вбежала дочка.

– Папа, а куда ты отвез тетю?

– Какую тетю?

– Какую, какую, которая к тебе в машину села, когда мы с мамой из бани шли.

У Михаила подкосились ноги. Он присел на табурет, в глазах мелькнула тревога. Анна спокойно мыла посуду.

– Так… понимаешь… тетя заболела, попросила отвезти ее в поликлинику, – пробормотал он первое, что пришло в голову.

– Видишь, какой у нас папа добрый и заботливый, – не удержалась от сарказма Аня.

Иришку объяснение вполне устроило, и она убежала играть. Михаил приготовился к скандалу, но Анна молча положила тряпку и ушла из кухни к детям.

Через неделю, потраченную на прохождение медосмотров, для Ани началась новая жизнь. Она вставала в шесть утра, быстро собиралась, одевала сонных детей и бежала с ними на рейсовый автобус. По пути заносила Никитку в ясли и спешила с Иринкой в садик, благо, в маленьком городе все рядом. Отработав смену в детском саду, спешила в ясли, по пути успевая купить продукты.

Домой возвращались около семи, усталые. Вечер уходил на неизбежные домашние хлопоты. Анна вошла в колею, научилась все делать быстро, отработанными до автоматизма движениями. Физическая работа не оставляла времени на душевные терзания, в этом было ее спасение.

Для Михаила тоже началась новая жизнь. В ней уже не было борщей, пирогов и прочей домашней вкуснятины, приходилось довольствоваться наскоро сваренным супом или магазинными пельменями.

Никто больше не спешил к нему навстречу, когда он возвращался домой. Дети и жена уже спали или укладывались спать. Семья по-прежнему жила в одной квартире, но теперь они существовали как-то параллельно, почти не пересекаясь, как соседи. Прекратились совместные вылазки по выходным на природу, в город, Аня избегала садиться в машину.

Михаил боялся скандала, слез, упреков, но их не последовало. Поначалу его это радовало, потом обеспокоило.