Семья как семья

Поэтому и надежды поменялись.

– Ну, раз вы так считаете…

– Я повсюду вижу людей, которые меняют профессию. «Переквалифицироваться» входит в норму. В сорок лет кто-то решает, что не хочет больше работать в жилищном агентстве, а хочет преподавать йогу. Так почему учителя должны быть исключением? Потому что они государственные служащие? Мне кажется, я понимаю ваше состояние. Может, вам хочется заняться чем-то другим?

– Ну уж ни в коем случае не йогой! Просто у меня пропал интерес к работе, и это очень огорчает.

Я не хочу ничего менять, хочу только, чтобы мне опять стало интересно.

– Пропал интерес, да, это я хорошо понимаю.

– Но вы правы насчет этих перемен карьеры. У меня есть подруга, она была детским врачом, а потом все бросила и открыла сыроварню на Корсике! Вот кто действительно необыкновенный человек. Вам бы лучше про нее написать. Если я вас разочарую, то дам ее координаты.

– Вы меня не разочаруете, – немедленно ответил я.

Валери явно обрадовалась этому нестандартному комплименту: ее сочли интересным человеком.

Вообще-то, я не был готов к бесконечному обмену мнениями, я надеялся, отсиживаясь в сторонке, выслушивать чужие признания. Но слова Валери задели меня за живое. Я слишком хорошо знал, что такое утрата интереса. Как часто в середине романа я останавливался, чувствуя, что абсолютно не хочу его продолжать! Однако каким-то чудом любовь к словам внезапно возвращалась. Когда пишешь, быстро впадаешь в биполярное расстройство. Так что я понимал Валери и это ее ощущение, что двигаться дальше невозможно, потому что твоя работа полностью потеряла для тебя привлекательность.

19

Время шло, пора было кончать разговор. Я мог бы дождаться следующей встречи, чтобы спросить Валери о сестре, но очень уж мне не терпелось.

– Можно задать вам вопрос на другую тему?

– Да, конечно.

– Я вчера почувствовал: стоило мне упомянуть Стефани, как возникла неловкость. Вашей маме тоже как будто стало не по себе…

– …

– Что произошло?

– Есть вещи, о которых я не хочу говорить.

– Понимаю.

– Не смотрите на меня так. Я обещала рассказывать все как есть и не отказываюсь от этого. Но про сестру еще слишком рано…

Я по-идиотски поспешил урвать несколько подробностей в самом конце обеда, но ведь было понятно, что речь идет о чем-то сложном и несомненно мучительном. Теперь я ругал себя за бестактность. Валери и так была со мной достаточно откровенна и, главное, впустила меня в свою семью.