Веселые истории про Антона Ильича (сборник)

– Ах, Людмила Григорьевна, вы чудо! Что же мне тогда, не ехать?

– Конечно, нет. Езжайте домой, отдохните. Завтра все уже будет в салоне, туда и поедете.

– Да, пожалуй, вы правы.

В кабинет постучали. Людочка по-хозяйски без спешки подошла к дверям и, не давая стучавшему войти, вышла сама и прикрыла за собой дверь. Через минуту в кабинет просунулась голова Василия.

– Антон Ильич! Машина готова!

– Да ну! Уже забрал? – Обрадованный, Антон Ильич даже приподнялся из-за стола.

– Уже, уже, – улыбнулся Василий. – Подогнать? – Антон Ильич закивал головой. Потом встал, вытер рот салфеткой, взял портфель и нетерпеливо стал спускаться вниз.

«Ауди» темно-фиолетового цвета, длинная, благородная, представительная, сверкающая на мокром от только что прошедшего дождя асфальте, стояла, будто живая, соскучившаяся по езде, готовая взвизгнуть шинами и полететь. Антон Ильич, счастливый как дитя, провел рукой по отполированному капоту, по сияющим, вычищенным от пыли кольцам, уселся за руль и завел мотор.

– Гюн айдын! – раздалось вдруг.

От неожиданности Антон Ильич замер.

– Гюн айдын! – настойчиво повторили вновь, словно кто-то ждал от него ответа.

Антон Ильич нажал кнопку, достал из магнитолы диск и уже хотел кинуть его подальше в бардачок, но передумал и жестом подозвал Василия, стоящего на ступеньках офиса.

– Что-нибудь не так, Антон Ильич? – забеспокоился тот, бегом спускаясь к машине.

– На, выбрось это, – Антон Ильич отдал Василию диск, затем достал из бардачка книгу с надписью «Учимся говорить по-турецки» и еще несколько дисков в упаковке.

– То есть как, выбрось, это ж новое все, Антон Ильич, – тараторил Василий, – это ж учебник, может, пригодится еще…

– Мне не пригодится.

– Ну так девочкам, может, отдать, они ж вроде тоже учили что-то там…

– Ну девочкам и отдай.

Антон Ильич нажал на газ, машина послушно тронулась с места, выплыла со двора и понеслась, гулко набирая скорость, по широкой дороге столичного проспекта.

Дело особой важности

Самолет пошел на снижение. Из иллюминаторов открывался изумительный пейзаж, достойный кисти художника: безбрежным океаном раскинулись плотные жемчужно-серые облака, лучи восходящего солнца искрились на ледяной глади, высвечивая очертания облаков то нежно-розовым, то лиловым светом.