Ангел сердца

Теперь я прежняя казалась самой себе вечно недовольной девчонкой, которая только и ищет, к чему придраться, и не желает при этом меняться самой. Говорят, что когда человек не меняется сам, его меняют принудительно весьма жестким образом…

«Честное слово, я даже не знаю, что хуже – быть самой отсталой ученицей по алгебре или находиться в шестнадцать лет в поисках „принца“, в то время как другие одноклассницы (почти все), уже определились со своими кандидатурами и вполне счастливы. И то и другое ужасно, только каждое по-своему.

«Входящие: 0. И ни одного нового сообщения. Я бы хотела изменить свою жизнь, но знаю, что никогда не решусь на это. Я не знаю, как это делается. Я просто слабачка, и потому мне остается лишь плакать по ночам о своих несбывшихся мечтах, и по другим, порой совсем незначительным поводам».

«Иногда мне начинает казаться, что я только и делаю, что вру. Вру, что сделала домашние задания. Вру, что иду к подруге, когда мне просто хочется побродить в одиночку по городу, воткнув наушники в уши и включив погромче любимые песни.

Когда я писала эти строчки, мне казалось, что я несчастна. Но я понятия не имела, что такое настоящее горе. А теперь от прежней счастливой жизни у меня остались только эти записи в дневнике.

Глава 5

Дима застал меня в том состоянии, в котором я меньше всего хотела, чтобы он меня видел. Я быстро стерла слезы, надеясь, что он не успел их заметить, и снова уткнулась в ежедневник.

Так как кресло было всего одно, и никакой другой мебели в комнате не имелось, он попросту сел на ковер неподалеку от меня, по-турецки скрестив ноги, и уставившись на свои сплетенные пальцы.

– Ты была здесь? – тихо спросил он через короткое мгновение.

– Я знала этот дом, – тоже шепотом произнесла я, чувствуя, что мой голос дрожит, – Видела его много раз, потому что в детстве неподалеку жила моя бабушка.

Слезы потекли вновь, хотя мне казалось, что плакать уже нет сил. У меня разболелась голова, я всхлипнула пару раз и разрыдалась вновь, не в состоянии сдерживать себя.

«Я не хочу плакать. Сейчас не время», – твердила про себя, но бесполезно.

Слезы градом катились из моих глаз.

– Прости, – пробормотала я дрожащим голосом, понимая, что лишь разозлю Диму своей плаксивостью.

Нужно быть стойкой, железной леди, походить уверенностью на него самого.