Четвертая высота. Это моя школа

Я хочу угостить кое-чем вкусным и бабушку, да и вас заодно.

И, опустившись на колени, Ирина Павловна принялась вынимать из плетеной корзинки узкие, твердые, похожие на стаканчики крымские яблоки, тяжелые нежные груши в желто-коричневой веснушчатой кожице и посыпанные опилками большие прозрачные кисти винограда.

Катя прижалась щекой к маминой загорелой руке:

– Мусенька, да какая же ты хорошая! Ты разве не устала с дороги?

– Нет, я славно выспалась в вагоне, – ответила Ирина Павловна.

И на самом деле, она делала все так быстро, ловко, как будто ни чуточки не утомилась от двухдневного пути.

Темные волосы ее были гладко, аккуратно причесаны, и вся она была, как всегда, бодрая и свежая.

Ирина Павловна положила на тарелку несколько яблок, груш и длинную тугую кисть винограда.

– Вот, Мишенька, – сказала она, – отнеси бабушке и помоги ей помыть.

Миша ушел, а мама притянула дочку к себе:

– Выглядишь ты хорошо, моя девочка. Ну расскажи, как было в лагере?

– Нет, раньше ты расскажи.

Про море. Какое оно?

– Потом все расскажу… Ну как вы без меня жили? Кто тебя тут причесывал?

– Сама! – сказала Катя и хитро посмотрела на маму. – Я научилась сама заплетать косы.

Ирина Павловна засмеялась:

– Ну, сразу и видно, что сама – вон куда пробор заехал…

У нее так ярко блеснули зубы, что Катя даже удивилась маминому загару.

– Мусенька, а ты привезла ракушки?

– Привезла – и ракушки и камешки. Ну, давай распакуем чемодан и заодно обо всем поговорим.

– Да-да, мамочка, поговорим! – подхватила Катя.

 – У меня столько всего накопилось!..

Мама вышла из комнаты и вернулась, неся свой чемодан.

Она поставила его на стул. Щелкнул блестящий металлический замочек, и крышка открылась.

– Ну, рассказывай, – напомнила Ирина Павловна, осторожно вынимая из чемодана аккуратно сложенные в нем вещи и развешивая на спинки стульев летние платья. Она протянула Кате коробочку, всю обклеенную, как чешуей, ракушками. В коробочке оказались отполированные морскими волнами камешки.

Одни были круглые, похожие на картошку, другие – овальные, как яйцо, третьи – плоские, гладкие, как маленькие плитки шоколада.

Катя не знала, на что смотреть раньше.

– Ой, какие красивые, гладенькие камешки! – говорила она, перебирая их в руках. – А это шляпа? Какая огромная!

Ирина Павловна вынула из чемодана мягкую войлочную шляпу. Катя сразу же надела ее на голову и оказалась под шляпой, словно под крышей.

– Это от солнца, – сказала мама.