Однажды в платяном шкафу

После смерти отца они с Уорни вернулись в Литл Ли и простились со всеми своими игрушками с чердака, закопав их в саду. Но часть рисунков все-таки оставили. Позднее, когда Джеку было уже двадцать восемь, он написал целую энциклопедию, чтобы рассказать все о Самшите.

Лицо Джорджа помрачнело.

– Больше они ничего не сказали? – спросил он, глядя в окно.

– Есть еще одна история, но ей займемся после обеда. Ты же помнишь, что меня поймали, как воришку, когда я пряталась на их территории? Удивительно, что они вообще чем-то со мной поделились.

Но они ждут меня на чай в понедельник. Не забывай, братишка, – ответила я, взъерошив ему волосы, – у меня скоро экзамены. Я не могу целыми днями сидеть у мистера Льюиса. Мне нужно заниматься, а ему – читать лекции, давать уроки и проставлять отметки.

– Знаю, – сдался Джордж. – У вас там совсем другая жизнь, все время что-то происходит. Не то, что у нас дома. Но, может, начнешь ту вторую историю? Хотя бы совсем капельку?

Я поцеловала его в щеку.

– Тогда вот тебе то, что мистер Льюис сказал перед началом следующей истории: «А потом все изменилось».

– Вот это ход! Ну и как теперь я засну? Умеет мистер Льюис заинтриговать! – засмеялся Джордж.

Тут в комнату вошла мама с подносом, на котором стояли три чашки и чайник с узором из желтых цветочков. Ее каштановые волосы стали чуть длиннее, а прядка над ухом поседела. Мама еще совсем молода, ей всего сорок, у нее не должно быть седых волос. Заметив темные мешки у нее под глазами, я задумалась, когда она в последний раз по-настоящему высыпалась.

Ее милая улыбка скрадывала всякую усталость, а мелодичный голос всегда поднимал всем настроение. Папа по-прежнему был от нее без ума. И я знала почему: она излучала такой свет, который был заметен каждому.

– Над чем смеетесь? – поинтересовалась мама, водрузив поднос на стол, уставленный пузырьками с лекарствами. На нем бы лежать учебникам и тетрадям… Увы, Джорджу выпала иная участь.

– Над мистером Льюисом.

Как он ловко поймал Мэгс на крючок! На самом интересном остановился, а потом позвал на чай. Значит, скоро ко мне пожалуют новые истории.

Мама строго посмотрела на меня, словно предупреждая, что мне следует быть осторожней со всеми этими выдумками.

– Эти истории – чистая правда, – объяснила я, потянувшись за чашкой и вспомнив страшно крепкий чай, который пьют в Килнсе. – Я задала мистеру Льюису и его брату вопрос, который так волнует Джорджа.