Снег

Я словно постоянно бегу по разрушающемуся за моей спиной мосту и никак не могу добраться до другой стороны. Поэтому я и решила остановиться. Сегодня.

По сути, сегодня я уже даже бросила бежать и сейчас всего лишь несусь по инерции, как спортсмен, пересекший финишную ленту. И вот-вот рухну.

– Хочу еще раз поцеловать пятнышко, – шепчет Рыжий.

Тут, наверное, нужно проявить осторожность, не выдавая, что я понятия не имею, о чем он талдычит.

– А ты найдешь его? – кокетничаю. Я самоубийца-кокетка.

– Конечно, я же профессиональный рыбак, я всегда найду мою рыбку.

– Рыбку?

– Если, конечно, ты ее не отмыла, хе-хе.

Я начинаю нервничать. У меня есть белое родимое пятно – пигмент из-за дефицита меланина. По форме похоже на рыбу. На внутренней стороне бедра.

– Она ведь никуда не уплыла? – мурлычет Рыжий и, проскользнув рукой, гладит меня по моему пятнышку.

Мое имя Мандраж.

Я не понимаю, что происходит.

– А еще я поцелую тебя в копчик, чтобы ранка быстрее зажила.

Мое имя Шок.

Нет, это не розыгрыш офисных сучек.

– Откуда ты всё это знаешь? – говорю я строго.

– Что знаю?

Я встаю с его колен.

– Что «что»? О моем пятне и болячке!

На меня глазеют новые подружки, с синхронной оторопью на лицах-дублерах. Бесят уже.

Рыжий с удивленным видом поднимается, становится рядом и, наклонившись к моему уху, чтобы не потерять голос в музыке, говорит:

– Вообще-то, всё было при свете.

Мое имя Остолбенение.

Как? Что? Что за?..

Я не знаю, что сказать, что пропищать, что простонать.

Наконец крик сам вырывается из моего горла:

– Что было? С кем у тебя там что было? Не со мной. У кого-то тоже рыбка…

Как вспышка перед глазами: я вижу перед собой озадаченного Рыжего, но вижу его… голым. Нет, не вижу так, словно у меня рентгеновское зрение, а будто я догадываюсь, очень точно догадываюсь, как он выглядит сейчас без рубашки. Он хорошо сложен, крепкие руки, кубики на прессе, татуировка на плече…

– У тебя тату на плече? – я указываю на него пальцем.

Рыжий с воздетыми бровями приподнимает руки и оборонительно выпячивает ладони, будто я угрожаю ему заряженным пистолетом, а не дрожащей кистью.

– Алис, успокойся, ты чего?

– У тебя есть тату?! – рычу я, продолжая целиться в него рукой.

Да я сейчас всех тут перестреляю к чертям собачьим, если не увижу то, что хочу. Патронов у меня хватит на всех.