Сын Бога Грома

Этот агрегат был самым большим в деревне и стоил огромных денег. Однажды комбайн утонул в мокрой глине вязкого от многодневных дождей поля. Как ни старались, не смогли вытащить его оттуда даже трактором. Тавасти страшно разозлился и, грозя небу кулаком, ругал своего Бога, упрекая его в случившемся. А на следующую ночь разыгралась страшная гроза. Молния ударила в крышу, пробежала по проводам и сожгла все розетки в доме. В спальне на верхнем этаже молния пробила проводку, и электрический разряд попал в стоящую на столе лампу.

Она взорвалась и убила хозяина усадьбы. Хозяйка, к счастью, умерла раньше от какой-то легочной болезни, еще во время перемирия, так что ей удалось избежать страшной участи.

Этот случай укрепил веру Сампсы в могущество Бога грома. Он взял за привычку приходить в лес за усадьбой к старому камню и возносить молитвы древним финским богам. Казалось, молитвы и вправду помогают. Бог грома часто приходил ему на помощь в трудных ситуациях. Сампса верил: несмотря на то что этот Бог убил его отца, он не должен ненавидеть сына, ведь, выкрикивая проклятия в адрес Бога грома, отец сам навлек на себя беду.

Сразу после похорон Сампса занялся комбайном. Он не стал вытаскивать его, просто разобрал на части и выкинул подальше. В “Ронкайле” сделали новую проводку, а старую обуглившуюся кровать Тайвасти разломали и сожгли в печи.

В свое время Сампса ходил в училище, потом поступил в университет, где некоторое время изучал историю искусств.

Сампса любил читать книги, однако, когда он принялся вести хозяйство, стало ясно, что с цифрами он не дружит. И в юной душе засела мысль заняться антиквариатом.

Однажды летом Анелма решила привезти к ним в гости свою подругу Сиркку, которая, как говорили, всерьез занималась искусством: делала художественные аппликации.

Девушка оказалась нежным слабым существом, была младше Сампсы и возбудила в нем жалость и сочувствие. Сиркка почти во всем была полной противоположностью Анелмы: бледная с прозрачными голубыми глазами, она тенью ходила вдоль стен, теребя в руках то носовой платок, то какую-нибудь соломинку.

Здоровая и рослая Анелма отличалась мужской фигурой, кожа на ее лице напоминала лошадиную шкуру, голос звучал резко и громко. Сампса был верен, что пациента от одного ее вида начинает трясти от страха, стоило переступить порог зубного кабинета. Она была прямолинейна, груба и сильна.