Тринадцатая редакция

Нестриженный парень, в съехавших на кончик носа очках, которые он то и дело пытался вернуть на место, встряхивая головой, как морской котик, отбивающий брошенный ему дрессировщиком мяч, сидел на столе, подвернув под себя ноги, размахивал длинными руками и жонглировал – бумагами, только что извлечёнными из принтера, бутербродом с маслом и сыром, от которого он периодически откусывал, и диском с какой-то игрушкой, которую он пытался рекламировать собеседникам в паузах между разговором о делах и пожиранием бутерброда.

Взъерошенный Лёва, в расстёгнутой на груди рубашке, курил сигарету за сигаретой, пепел стряхивал в пустую пивную бутылку, туда же запихивал окурки. Он был зол, трезв и вслух желал, чтобы этот новый «носитель» тоже оказался смертником – тогда бы Лёва его задушил собственными руками, и без всяких терзаний, и без ухищрений, каковыми сопровождалась инсценировка гибели бедного Виктора Васильевича.

Дальнюю стенку подпирал Цианид, как всегда сосредоточенный, аккуратный и прилизанный, – вот кого бы придушить в первую очередь.

Денису он, кстати, тоже не понравился: «Выскочка, определённо. Костюм носит как униформу, без благородной небрежности». Но додумать Денису не дали – потому что Виталик его заметил и, моментально спрыгнув со стола, кинулся благословлять:

– В этот торжественный момент, когда рабочий день у всех нормальных людей уже вроде как на исходе, а у нас – в самом разгаре, позволь нам принять тебя в ряды сотрудников Тринадцатой редакции.

– Я, вероятно, должен в ответ произнести что-то не менее искромётное? – поинтересовался у Шурика Денис.

– Уже произнёс, – вяло кивнул Виталик, тут же потерял к новенькому всякий интерес и повернулся к нему спиной.

– Ты мне лучше скажи, чего этот сволочной носитель хочет? – видимо, в который уже раз спросил у него Лёва.

– Блин, ты спишь там, да? Тогда иди домой и спи! – бросил через плечо Виталик, усаживаясь за компьютер – на этот раз по-человечески, воспользовавшись стулом.

 – Когда это можно было с контакта считать, а? Что ты меня мучаешь?

– Да я так, – вздохнул Лёва. – Остро хочется шею кому-нибудь намылить. Ну, или кого-нибудь помучить.

– Если и мылить здесь кому-нибудь шею – так это тебе, – напомнил о своём существовании Цианид. – Ты из Интернета музыку качаешь гигабайтами, я, пожалуй, тебя в конце месяца всё же оштрафую, надоело уже.