Тринадцатая редакция

Она стояла тут скорее как памятник былым временам, но в ней, тем не менее, обнаружился на удивление современный аппарат. Платить за звонок куратору не надо – номера, по которым звонят шемоборы, так шокируют бедный агрегат, что он безропотно соединяет абонентов, даже не заикаясь о каких-то там презренных монетах.

Начальство благосклонно приняло отчет по «делу студента», хотя прекрасно было осведомлено об уловке Эрикссона, которую изобрёл даже не он, а учитель его учителя, но закрывало глаза на эту маленькую хитрость, поскольку главное – результат, а результат определённо был налицо.

После того как дело было сделано, Дмитрий Олегович посмотрел на часы и пришел к выводу, что милая Маша вполне способна прожить без него ещё пару часов, а он за это время как раз проследит за превращением старины Джорджа обратно в нормального человека, каковым тот может быть, если за ним непрерывно приглядывать.

Настроение у Константина Петровича было испорчено с самого утра: начать хотя бы с того, что он пришел на работу, когда там уже вовсю копошились целых два сотрудника – и это за полчаса до положенного времени! Впрочем, вскоре оказалось, что один из этих подпольных энтузиастов, при ближайшем рассмотрении опознанный как Лёва, просидел на рабочем месте всю ночь, потому что вчера вечером неожиданно позвонили из Москвы и потребовали организовать (в самом лучшем виде, разумеется) пресс-конференцию какого-то исключительно модного автора.

У второго героя труда тоже обнаружились смягчающие вину обстоятельства: это был его первый рабочий день, а в первый день и сам Цианид прискакал задолго до указанного срока – так ему хотелось поскорее приступить к делам. Впрочем, ему повезло меньше, чем Денису, которого впустил благородный рыцарь Лёва: два часа торчать под дверью, умоляя собирающийся хлынуть ливень сделать это где-нибудь в другом месте или хотя бы чуть-чуть попозже, не договориться со стихией, промокнуть и предстать в таком виде перед злоязыкими сёстрами Гусевыми – то ещё приключение.

Денис не просто пораньше пришел на работу – он уже твёрдо знал, что будет делать (вчера Шурик с лёгким сердцем свалил на практиканта целую гору рукописей), в каком порядке и с какой целью.