Дело случая

– Да, – кивнул священник. – Поэтому дословно слова из Писания звучат так: женщина спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием

. То есть к деторождению должно прилагаться еще кое-что очень важное. Но тем не менее для женщины рожать детей – это спасительно, сами видите, это Писание говорит, а не я. О мужчинах, кстати, это не сказано, что и неудивительно – роды ведь именно женский подвиг, женщина терпит сильную боль, а иногда и жизнью рискует. Да и не простой это путь – детей рожать, а потом их растить.

Если б он был простым, то все вокруг имели бы огромные семьи, а женщину на какой-нибудь работе днем с огнем нельзя было бы отыскать. Но в наш эгоистичный век миллионы женщин именно работы и карьеры жаждут, что само по себе доказывает: путь женщины-карьеристки значительно проще, чем путь женщины-матери, которая не уклоняется от чадородия и рожает столько детей, сколько Бог даст.

– А что, дети – это самоцель? – подала голос Маша.

Священник улыбнулся. Да, это не вопрос Татьяны Николаевны, которая в таком возрасте, что деторождение стало не больше чем предметом разговора! Красавица Маша скоро может замуж выйти, и потому ей очень нужно знать, как именно ей в замужестве жить.

Животрепещущий вопрос, можно сказать – острый!

– Не самоцель, – ответил он. – Но вообще-то в наше время отношение к деторождению стало одним из мерил того, верующий человек или нет. Собственно, средства уклониться от деторождения, контрацепция – как сейчас сказали бы, – были знакомы как минимум ближайшим потомкам Авраама.

Кто не верит, может открыть Книгу Бытие, главу 38, прочесть стихи от первого до десятого и убедиться в том, что Писание мои слова подтверждает

. Об абортах же еще в первых вариантах клятвы Гиппократа говорилось, а это, как считают историки, третий или четвертый век до Рождества Христова. Так что знали люди обо всех этих средствах, знали! Но применяли их, конечно, гораздо реже, чем сейчас. Во-первых, потому, что эти средства были развиты меньше, а во-вторых, из-за того, что от детей человек мог получить материальную отдачу, так что даже семьи маловеров были большими.

Дети ведь много тысяч лет подряд были гарантией спокойной старости.

– Как это? – не поняла Маши.

– А просто, – улыбнулся отец Алексий. – До Отто фон Бисмарка

 мир не знал пенсий по возрасту, престарелых родителей кормили их дети. Потому даже если какой-то человек в Бога и не верил, то деторождению не препятствовал.