Мягкая машина

голый полдень и мусор, как пепел… Прошу, поторопись… Будь порасторопней… Кто он, третий, что идет рядом с тобой в тупик черных лагун и фиолетового света? последний человек…

– Пойдемте со мной, ми-истер?

Вверх по широкой приливной реке к портовому городу, утопающему в водяных гиацинтах и банановых плотах… Город представляет собой замысловатое сооружение из расщепленного бамбука, местами шестиэтажное, нависающее над улицей и подпираемое бревнами, участками железнодорожной колеи и бетонными столбами, аркада – от теплого дождя, который льет с получасовыми интервалами… Жители прибрежной полосы дрейфуют в теплой, насыщенной парами ночи, едят разноцветное мороженое в свете дуговых ламп и переговариваются неторопливыми кататоническими жестами, прерываемыми неподвижной тишиной… Сквозь Ночь Бродячих Игроков в Мяч доносятся печальные мальчишеские крики:

– Пако!.

– A ver[9 - Посмотрим (исп.).], «Лаки-и-и»!

– Куда вы, ми-истер?

– Выжатые насухо головы?

Заляпанный грязью рот над смокингом выпускает в ночь кольца дыма: «КУРИТЕ СИГАРЕТЫ «ТРАК». ОНИ ВАС ЛЮБЯТ. «ТРАК» ЛЮБИТ КАЖДОГО ИЗ ВАС.

Пиная мяч, los Vagos Jugadores de Pelota[10 - Бродячие Игроки в Мяч (исп.).] вприпрыжку несутся по затхлым торговым улочкам… Национальные гвардейцы благоразумно отворачиваются, расстегивают ширинки и принимаются за поиски мандавошек на пустыре… Ведь Бродячие Игроки в Мяч могут бросить клич «Наших бьют!» – и появятся миллионы подростков, которые примутся крушить таможенные барьеры и границы времени, с тарзановыми криками выскакивать из джунглей, сажать на землю грозные жестяные самолеты и ракеты, спрыгивать с грузовиков и банановых плотов и пой дут в атаку сквозь черную пыль горного ветра, подобного смерти в глотке.