Отчий дом

Тогда корнет крикнул караульному мужику:

– Гони их со двора!

В это время Павел Николаевич возбужденно ходил по кабинету и разговаривал сам с собою:

– Извольте послушать! Оказывается, что мы владеем имением не на правах собственников и не имеем права продавать землю без разрешения этих дураков!

Когда Павел Николаевич снова вышел на крыльцо, мужики с ропотом уходили со двора.

– Почему они ушли? – удивился он.

– Я их выгнал…

– Кто тебя просил вмешиваться?

Павел Николаевич послал Ивана Кудряшёва вдогонку:

– Пусть выберут двоих поумнее, а ты проведи их ко мне в кабинет.

Иван Кудряшёв радостно побежал к воротам. Он, конечно, был на стороне мужиков и подмигнул им, когда барин упомянул про курицу: ловко, дескать, дураков обходит!

Привел Иван двух выборных стариков. Павел Николаевич думал, что они достаточно уже вразумлены по части частной собственности и вдруг опять то же самое:

– Мы этими лугами еще при твоем отце владели…

– Да не владели, а имели в аренде!

– Косили то есть.

Сколь поту своего на них пролили. Надо решить по совести. Мы, хрестьяне, давно вам свое отработали и на такую, скажем, сумму, что не грех и нас уважить, а ты – Ягору Курносову! Да ты опомнись!..

– Так и знай: не владеть этими лугами Ягору Курносову!

Итак, ничего не выходит. Точно не в одной стране и не под одним законом живут. Точно и Богам разным молятся. Переговоры оборвались, а Никудышевка волновалась и галдела. Егор Курносов ночью к господам приехал.

Днем боялся: грозили изуродовать. Павел Николаевич продажу затормозил: не то непонятный страх, не то передовой образ мыслей, не то отрыжка народничества мешали ему продать луга Егору Курносову. Тянул-тянул, и опять луга остались за прежними арендаторами. Но пока это свершилось, две неприятных истории уголовного характера стряслись. В день храмового праздника из-за этих лугов пьяные никудышевцы с пьяными сурскими жестоко подрались на принципиальной почве, и двоих в земскую больницу на операцию увезли, а ночью в тот же день Егора Курносова мертвым нашли на дороге в Никудышевку…

Павел Николаевич, встретив Елевферия Митрофановича, похлопал его по плечу и сказал:

– А хорошую схему вы начертали тогда относительно двух дорог и перекрестка!

Мужики же, как никудышевские, так и сурские, еще сильнее убедились, что земля – Божья, а не помещичья и что «все мы у Господа Бога – арендаторы»…

– Не посмел продать-то.