Анти-ты

– Ты как-то неправильно произносишь слово «секси», – тут же не растерялась я, но никто особо не посмеялся. Старая и всем знакомая шутка американской классики.

– Ой, малыш, да у тебя просто мужика нормального не было, – наконец Артур произнес нечто членораздельное, но абсолютно бессмысленное.

– Привет, у тебя тоже, – тут же ответила я, ловко перекидывая руку Гоши на плечо Артура. Гоша не растерялся и чмокнул парня в щеку. Все рассмеялись. Артур как альфач не терпел шуток, касающихся его хрупкого конструкта самолюбия.

– Вот ты все время говоришь про своего бывшего, а бывшего этого никто никогда не видел. – Артур начинал выходить из себя, поэтому плавно, но довольно безобидно переходил на личные оскорбления.

Шутки про бывшего – придумка Ивы. Может, Ива не слишком хорошо понимала юмор, но ее гениальный мозг умел находить болезненные и популярные темы. Откровенно говоря, я долгое время копила материал оскорбительных шуток, буквально всю жизнь, но только Ива помогла найти им форму.

– Не, как же, был этот… – Борис принялся щелкать пальцами, пытаясь вспомнить имя. – Ну тот, который на батарейках.

Парни дружно, больше из солидарности, гротескно рассмеялись.

– Он, кстати, передавал тебе привет, сказал, что скучает по твоим габаритам. – Я ущипнула его за свисающий жирный бок. – С тобой он чувствовал себя свободнее. С тобой? Я хотела сказать «в тебе».

Несколько гостей присоединились к нашей компании и довольно заулюлюкали.

Подходите! Подходите! Бесплатное шоу в самом разгаре!

– Ой, малыш, не сучись, – пытался влезть Артур, понимая, что теряет лидерскую позицию.

Меня уже конкретно разнесло не столько от вина, сколько от самой компании и сути этой компании. Мы должны праздновать наш триумф, строить планы на будущее, поздравлять друг друга, гордиться друг другом, говорить, какой Артур молодец, что выбил этот контракт на съемки, а в итоге слились в банальный недорэп-баттл и обмен колкостями на такие избитые темы, что от них уже тошно.

Кто-то периодически спрашивал: «А где Ива?». Ива работала, и, откровенно говоря, я не хотела, чтобы она сегодня была здесь. Это мой день. Мой триумф.

Я еще раз наполнила бокал. Уже не чувствовалось атмосферы праздника, смех становился сардоническим, и мне казалось, что я снова на работе.