Собрание стихотворений. В 2 томах. Том 1 и 2.

По нему ускользают, куда кипяток ни лей,

Вереницы ссутулившихся мужчин,

И на всех колесницах катит Аллах

В облаках своих шароваров.

Мы сидели за ужином, в мисках синел бурак.

За соседскою стенкой по-персидски орал дурак.

А внизу исчезали один за одним

В электричестве города и зимы

Последние чумовозы —

В брюхе, прелью нагруженном, каменный блеск набряк.

Перед каждым кружился крылатый трехцветный рак.

Неподвижный младенчик висел над ним

С голубыми глазами тьмы

И с дыханием девы-розы.

    1996

Экуменическое

Из поэмы «Русский ислам»

В Петропавловской хоральной

Церкве-пагоде-мечети

Плачет м?лла мала-мала

Кычет лама-колокольчик

Поп небрит раввин неровен.

Плюс на минус, чет на нечет,

Габарит на габарит —

Рука руку моет, нога ногу чешет,

Звезда с звездой говорит.

    1998

Франкфуртский выстрел вечерний

1999–2006

Стихи у окна

«Озеро в потертых штопках…»

Озеро в потертых штопках,

Небо в тощих синяках… —

Стало все как было, чтоб как

раньше все было – Или никак.

Вспомнить вдруг о том диктанте —

Как подарок на ногте,

Хоть мы все уже не там, где

раньше все были – Или нигде.

    1999

Письмо с моря, июль 1999 г

На Северном море закаты белы,

И ртутная лупа слепит сквозь стволы,

А ступишь на поле отлива —

По щиколку грязь щекотлива.

(Когда над Балтийским горят облака,

Чухонской тоскою взбухает щека

И алая к солнцу полоска

Бежит от пивного киоска.

Я вышел из дому, лет десять тому,

И шел по отливу на белую тьму,

И я уже около где-то.

И ночь пустотою одета.)

Когда ни вернется пустая волна,

Она будет искр бесцветных полна,

Полна ослепленного света.

– И хоть бы прошло это лето! —

    1999

Стихи у окна

Посмотри с балконных сходней,

– что уж… так уж повелось… —

на небес халат исподний

в басурманщине полос

как из байки, как из нанки,

полуваточный, сквозной,

с набухающей в изнанке

серо-розовой близной – —

самолет под тучу скрылся

уходящий на восток,

на его спине искрился

дикой молнии росток,

на его глухих жужжалах

рваный рокот залипал,

на чувствилищах и жалах

мрак кусками закипал,

на его хвосте ребристом

дрожью пели провода,

тараканом серебристым

убегал он в никуда.