Проделки неподражаемого Ходжи Насреддина

– Остается только надеяться, что последний двигатель не сломается тоже, иначе мы рискуем проторчать здесь целый день! – отреагировал Ходжа.

Лесник

Лесник был очень удивлен, что Насреддин пришел устраиваться к нему на работу.

– Ладно, давай попробуем, – сказал он. – Хотя мне кажется, ты не создан для такого труда. Бери топор и начинай валить деревья на этом участке. Посмотрим, сколько осилишь.

Через три дня Насреддин пришел, чтобы отчитаться.

– Сколько деревьев ты повалил?

– Все деревья на этом участке.

Лесник посмотрел и действительно не увидел ни одного дерева. Чтобы сделать такую работу, понадобилось бы человек тридцать.

– Где ты научился валить деревья с такой скоростью?

– В пустыне Сахара.

– Но в Сахаре нет деревьев!

– Теперь уже нет, – сказал Насреддин.

Мораль: Если можешь валить деревья, значит – можешь валить деревья.

Встречают по одежке, провожают по уму

Один шутник пристал к Насреддину в чайхане:

– Люди говорят, ты очень хитер.

Но давай поспорим на сотню золотых, что меня обхитрить не сможешь!

– Смогу, подожди меня здесь! – сказал Насреддин и вышел.

Через три часа любитель розыгрышей все еще ждал Насреддина с его шуткой. И наконец признал, что его одурачили. Он пришел к дому Ходжи и бросил в окно мешок с золотыми – свой долг. Ходжа в это время лежал на кровати, придумывая свой розыгрыш. Он услышал звон монет, увидел мешок и пересчитал деньги.

– Добрая судьба, – сказал он жене, – послала мне денег, чтобы расплатиться в случае проигрыша.

Теперь мне осталось только придумать, как обвести этого прощелыгу, который уже замаялся, поджидая меня в чайхане.

Только факты

Гид водил группу по Британскому музею.

– Этому саркофагу пять тысяч лет.

Из толпы выступил некто с бородой и в тюрбане:

– Ошибаетесь, пять тысяч три.

Все удивились, гид не сказал ни слова. Они перешли в другой зал.

– Этой вазе, – сказал гид, – две тысячи пятьсот лет.

– Две тысячи пятьсот три, – поправил Насреддин.

– Послушайте, – сказал гид, – как вы можете говорить с такой точностью? Хоть вы и с Востока, но человеческая наука еще не способна на такую точность.

– Но это же просто, – сказал Насреддин. – Я был здесь три года назад. Вы и тогда говорили, что этой вазе две тысячи пятьсот лет.

Мораль: Сейчас – позже, чем вы думаете.

Корова с теленком

Насреддин пошел на базар продавать свою корову, но никто не хотел ее покупать.