Что мое, что твое

У него было отчетливое чувство, будто он смотрит, как вся его жизнь уходит от него: изящная фигура Джейд, ее растрепанные волосы, огромный рюкзак на крошечном Джи. Ему хотелось броситься за ними, схватить их, привести обратно в кафе и не выпускать из-под своей защиты. Но от чего их защищать? От Уилсона? Рэй понимал, что это глупо – так безотчетно хотеть прижать к себе и не отпускать все, что любишь, и испытывать вдруг такой страх от того, как много можешь потерять. Может, он волновался, что репортеру не понравятся его пончики.

Может, выпил слишком много кофе. Он хотел было пойти за ними, еще раз поцеловать Джейд, обнять мальчика, но понимал, что это просто нервы. И остался на месте. К вечеру они все будут дома.

К полудню репортер так и не пришел, и Микаэла с Мишель бросили ждать и пошли обедать. Линетт была у себя в кабинете – в чулане с вентилятором и свисающей с потолка лампочкой. Рэй один стоял за кассой и смотрел в окно на Бирд-стрит. Машин было мало: в сторону шоссе проехала фура, дорогие машины подъезжали к окошку с обедами.

Люди из города были в костюмах, но Рэй понятия не имел, чем они занимаются. В кофейню зашли за сэндвичами двое копов, потом рабочие-латиноамериканцы пришли выпить кофе. Они сносили старую табачную фабрику неподалеку. Наконец из автомастерской пришел механик за своим еженедельным сэндвичем.

Он был почти ровесником Рэя, но выглядел гораздо старше: поджарый мужчина с намечающимся пузиком, с загорелым лицом, темными усами и без бороды. Кудрявые волосы он приглаживал гелем.

Он вошел в кафе в авиаторах и белой рубашке-поло, каким-то чудом не вымазанной маслом.

– Белая рубашка, мужик? Ты в белом собираешься работать с машинами?

Механик засмеялся. Рэй никак не мог запомнить, как его зовут, но фамилия была вышита на кармашке его формы, которую он обычно носил: Вентура.

– Просто надо делать все аккуратно. Брал бы с меня пример.

Он был наглый, и Рэю это нравилось. Сначала он думал, что Вентура гей, что он флиртует с ним, когда подмигивает, хвастается и выпячивает губы.

Но потом понял, что у Вентуры просто такая манера общения, хотя и непонятно было, сколько в этом латиноамериканского, а сколько – нью-йоркского.

Как-то после работы у Рэя не завелась машина, и он прошел по улице к мастерской и попросил кого-нибудь помочь. Ему сказали, что подогнать машину будет стоить пятьдесят баксов, даже на полквартала. Но один механик согласился помочь подтолкнуть автомобиль бесплатно, потому что у него как раз закончилась смена.