Гавань

Он погрузил вас в грёзы, ваши кошмары, способные остановить сердце, но я успел вам помочь…

– Я чинила мотоцикл, – рассказывала Фрейя. – По дороге шёл человек, раздался выстрел и он упал. Те двое прятались в здании, после выстрела они сказали мне подойти к ним или будут стрелять. И почти сразу появились вы. Потом существо атаковало вас, но Форсетти издалека открыл по нему огонь – и оно исчезло. Видимо, сбежало. Форсетти и Хельг ищут его. – А те, в здании? – Убиты. Форсетти проверил. – Так кто же был на дороге?..

– Неизвестно. Все наши живы.

Форсетти и Хельг скоро вернулись. Форсетти был возбуждён, видимо, ещё выпил перед дорогой. На нём был егерский мундир, на ремне болтались фляга и – вместо кинжала – широкий тесак. На голове – кепка с эмблемой Чёрных егерей, в руках – штурмовая винтовка. Хельг был в своей обычной железнодорожной форме, с охотничьим ружьём, снабжённым оптическим прицелом.

– Этот колдун сбежал!.. Больше никого не обнаружили! – издалека крикнул Форсетти.

Они подождали некоторое время, вокруг всё было спокойно.

– Надо убрать убитых, – сказала Фрейя, – можно положить их в морозильную камеру в гараже.

Они обыскали тела в здании поста, ничего особенного не нашли – крепкие мужчины в камуфляжах без знаков различия, со стандартными армейскими винтовками. Потом пошли на дорогу за третьим. Тела не было видно за высокой сухой травой.

– Вот тебе и на, – Форсетти хмыкнул, – его нет!..

По дороге ветер гнал сухие листья вперемешку с серым пеплом.

* * *

…Они выехали спустя полчаса, солнце уже склонялось к закату. Фрейя сказала, что перед Большой эстакадой есть мотель, где можно остановиться на ночь. Мотель роботизированный, поэтому на время Зимнего сна уходит в спящий режим, но его можно разбудить. Дул тёплый ветер, воздух пах какой-то особенной прощальной сладкой горечью, настоянной на полыни, осенних закатах, позавчерашних часах, засахаренном малиновом варенье, звуках одинокого колокола. Они переглянулись, огляделись вокруг – будто бы им показалось, что они не вернутся назад – и выехали на трассу.

Если бы кто-нибудь из них обладал слухом летучей мыши, возможно, он бы расслышал, как за деревьями возле дороги снеговик говорит с карликом.

– Этот негодяй уничтожил отличное творение! Можно сказать, даже произведение искусства! Одной копией меньше!.. Пришлось действовать по другому плану!.. – злобно сказал карлик. – И он разбил пулей мою отличную пузырящуюся дуделку!..