Ещё немного из обрывков

Я перепишу на кассету.

«Музычка» посмотрела на меня с удивлением.

– Ну, бери. Только осторожно, не поцарапай.

Какое поцарапай, я старался в сторону пластинки лишний раз не дышать.

Пришёл домой и тут же бросился к соседу.

– У тебя же есть проигрыватель для пластинок?

– Валялся где-то.

– А дай мне на пару часов.

– Дай, – хмыкнул сосед. – Ты видел этот проигрыватель?

– Видел, – удивился я. – Большой, конечно, но дотащу.

– Это только сам проигрыватель, хихикнул сосед. – А колонки?

– А что колонки?

Сосед кивнул на две огромные тумбы, которые я несколько лет искренне считал декоративными элементами мебели.

– Вот. Колонки.

Я чуть не надорвался, но перетащил к себе проигрыватель, колонки и ещё какие-то провода. Соединил в комнате в страшную паутину. Прислонил к динамику «Интернейшнл» и дрожащими руками распаковал подаренную на день рождения новенькую кассету на 60 минут. Запустил проигрыватель и на цыпочках вышел в коридор. Возвращался два раза. В первый, чтоб перевернуть кассету, во второй, чтобы поставить новую, только что купленную.

Сама опера ведь почти полтора часа, а кассеты по 60 минут.

С последними аккордами «Аллилуйи любви» я выдохнул. Выключил проигрыватель и вставил первую кассету в магнитофон.

Качество было ужасное. Динамики хрипели, выли. Магнитофон записал, как я заходил в комнату и топал как слон. Но запись была у меня. И я уже до дыр заслушивал «Ты меня на рассвете разбудишь».

Мишка меня не понимал и смеялся.

У него валялась дома кассета «Морбид Эйнджел», и ничего легче он не признавал.

А я до сих пор «Юнону» люблю, «Суперзвезду» тоже. Даже, прости Бетховен, «Кошек». Первая песня, которую я выучил на гитаре, была, конечно же, «Ты меня на рассвете разбудишь».

Сейчас всё доступно и просто. Недавно я приволок домой проигрыватель. Именно такой, как в детстве, с колонками. А потом побегал по городу и достал в музыкальных магазинах настоящую пластинку с «Юноной и Авось». Такую же, как тогда.

С тем же запахом. И сел вечером слушать, выгнав родных в другую комнату.

Незабываемые впечатления.

«У кошки четыре ноги», или История современного беспризорника

Некоторое время назад стучится ко мне в социальную сеть незнакомый парень. Думаю, кто-то из читателей открыл для себя Доктора Лобанова и хочет пообщаться.

– Здравствуйте, – пишет незнакомец. – А вы меня не помните?

Внимательно разглядываю фотографию. Нет, точно не помню.