Ещё немного из обрывков

– Сказки? – Ангелина подхватила засвистевший чайник, обожглась, брякнула его прямо на середину стола и начала дуть на пальцы. – А разве ты не знаешь, что все сказки на самом деле реальность?

– Скажете ещё.

– Точно-точно. И драконы, и эльфы, и волшебный лес – всё это существует. Оно живёт и радуется жизни совсем рядом с нами. И тоже не верит во все эти ваши электрички, магнитофоны и транзисторы.

– Магнитофоны, – поправил Пашка.

– А-а-а, какая разница, – отмахнулась принцесса. – Придумали тоже чепуху.

Музыка в коробке. Когда я хочу музыку, я начинаю петь. Или играть на дудочке.

– А я не умею играть на дудочке, – сказал Пашка.

– Ничего. Это не сложно. Я тебя научу. О, нашла!

Королева бросилась к рассыпанному по столу добру и выудила из его груды большую конфету в красной упаковке.

– Угощайся. Сейчас чаю налью.

Они сидели в комнате за столом, укрытым бурой липкой клеёнкой. За окном уже начинало темнеть, а из открытой форточки тянуло прохладой. Пашка, обжигаясь, пил из щербатой, треснутой кружки вкуснющий чай с запахом луга и цветов.

Без конца мусолил огромную, почти бесконечную конфету. Трещина в кружке была небольшая, но чай всё равно немного вытекал, и пальцы у Пашки были мокрые. А королева Ангелина пела ему. Или рассказывала какие-то чудесные истории. Про волшебный лес, про дракона, заколдованный дворец посреди города эльфов, где живёт вечный король Элиндиль.

– Завтра пойдём к нему в гости, – пообещала Ангелина.

– К кому?

– К королю, конечно. Ты приведи себя завтра в порядок.

Зубы там почисти, причешись. Всё-таки в гости к коронованной особе идём. Нельзя появляться там с грязными зубами.

Ангелина взяла со стола пучок сухих травинок с тесёмкой и принялась обмахиваться им, словно настоящим веером. И делала она это так царственно, что в полумраке Пашке показалось, что она действительно обмахивается шикарным веером из павлиньих перьев. А под обманчивым закатным светом из окна рассыпанные по столу стекляшки заблестели, словно настоящие бриллианты.

* * *

– Ты где вчера до темноты шлялся?

– Угу! – Пашка сидел за бабушкиным столом, давился огромными кусками бутерброда, которые глотал, не замечая вкуса. Торопливо, задыхаясь, запивал бутерброд молоком и подпрыгивал на табуретке от нетерпения.

– Куда ты так торопишься, оглашённый? – удивилась бабушка. – Подавишься.

– Угм-м-м, – буркнул в ответ Пашка, не переставая жевать.

– И на речку не пошли, – немного расстроенно сказала бабушка.