Роза в цвету

Сама мисс Кэмпбелл имела большой успех и так дивно справлялась со своими обязанностями хозяйки, что даже мисс Блиш простила ее за прискорбное пренебрежение Уортом[10 - Речь идет о французском доме высокой моды, основанном Чарльзом Фредериком Уортом в 1858 г.] – хотя и покачала головой при виде белых одеяний, совершенно одинаковых, вот только у Розы оно было с алой отделкой, а у Фиби с голубой.

Все девушки так и вились вокруг возвратившейся подруги, ибо Роза до своего отъезда была всеобщей любимицей – и, вернувшись, нашла свой трон незанятым.

Молодые люди, собравшись своим кругом, признали Фиби первой красавицей. «Правда, за душой у нее ни денег, ни связей, так что толку-то». Соответственно, Фиби восхищались как неким изящным украшением дома – и уважительно оставляли ее в покое.

А вот милочка Роза была «то, что надо» – так это именовали добропорядочные юнцы, и множество глаз с упоением следило за светловолосой головкой, которая мелькала то в одной комнате, то в другой – этакое новое Золотое руно, ради добычи которого придется преодолеть множество препятствий, ибо крепкие кузены окружали Розу тесным кольцом, а еще с нее не сводили глаз бдительные тетушки.

Стоит ли удивляться, что нашей барышне этот ее новый мир показался просто очаровательным, что первый глоток удовольствия вскружил ей голову, ибо все ей радовались и улыбались, льстили и благоволили, нашептывали на ухо лестные пророчества и выражали взглядами и жестами поздравления и комплименты, которые не решались произнести, – в результате ей стало казаться, что свое старое «я» она оставила где-то за границей, превратившись в новое, необычайно одаренное существо.

– Дядюшка, как здорово! Похоже, когда первые три месяца кончатся, мне захочется продлить срок еще на три, – прошептала Роза после ужина доктору Алеку, который стоял и смотрел, как они с Чарли танцуют в первой паре в большом зале.

– Не спеши, душенька, не спеши и не забывай о том, что ты не бабочка, а смертная девушка, тебе дана голова, и она завтра наверняка будет болеть, – ответил дядя, глядя на ее разрумянившееся довольное личико.

– А мне хочется, чтобы завтра не настало вовсе, чтобы сегодня длилось вечно – так все приятно, так все добры, – ответила Роза с тихим счастливым вздохом, подхватывая пышные юбки, точно белая птичка, распушившая перышки перед полетом.

– Я поинтересуюсь твоим мнением в два часа ночи, – ответил дядя с многозначительным кивком.