Молоко змеиной матери

Так вот, дети мои, один из немногих, кто жил здесь, на этой же улице, сказал тогда: «Посмотрите, не входит ли иногда животное ночью в твой дом, Бартоломео, и не наводит ли беспорядок. Потому что есть змея, которая может сосать кормящую мать». Я ответил, что прослежу за этим, и начал наблюдать за домом. Каждую ночь змей приходил – хромой, игривый и жадный, опустошая грудь моей жены, – Бартоломео задрожал в беззвучном рыдании, затряс головой, – мой нежный цветок, моя влюбленная девочка… Я живу сейчас, сгорая от стыда, что был невнимателен, крепко спал, оставив ее одну наедине с темнотой.

Демон полз по кровати между подушками и головой храпящего мужа, слишком сонного и самоуверенного, чтобы верить в такое… Я даже представить не мог, что змеи пьют материнское молоко, в первый раз узрев, как змея кусает заостренный зернистый сосок, глотает сладкое молоко, отдает свой собственный хвост маленькой девочке, которая зажимает его в кулачке. Пока змей опустошал мою жену, ребенок, бедная Люсия, вместо соски сосала твердую змеиную погремушку.

Бартоломео затих. Из-под его рук, закрывающих лицо, текли слезы, скапливаясь под подбородком…

Лео ошеломленно смотрел на него. Но старик уже затих, мерно посапывая в кресле качалке.

Люсия убрала со стола и сложила посуду в глубокую раковину. Лео молча закатал рукава и принялся мыть посуду. Люсия хотела возразить, но ничего не сказала, видя, как он делает все умеючи. Она вытирала вымытые им тарелки и складывала в старинный громоздкий буфет с дверцей без одного стекла.

Они молча и слаженно работали, словно уже стали парой, прожившей годы вместе.

Ночью Лео долго ворочался, жалея о том, что позволил себе выспаться днем. Его поразил рассказ Бартоломео. Он размышлял над тем, зачем его сюда привела судьба. Ведь все решилось в самый последний момент, когда он планировал участвовать в археологических раскопках Андалусии. Он решил расспросить утром Бартоломео, как все же тот победил змея.

Тихий свист привлек его внимание. Лео прислушался: в горной деревушке ночью не так уж много звуков.

Собаки, лаявшие вечером, утихли, насекомые уснули. Далекий крик лесной птицы затихал сразу же, как только начинал звучать.

Свист повторился, сопровождаемый шорохом, будто невидимый гость потирал руки в бумажных перчатках. Лео привстал. Включив фонарик на телефоне, глянул на время: четыре утра.

Сети не было. Да, профессор предупреждал, что интернета в деревне нет, разве что спускаться в долину и там ловить сигнал.

Звук прекратился.