Дурак, заика и спецкласс

Соседский мальчик, бросив ей: «Заткнись, старая к-к-корова», быстро развернулся и побежал. Ба Маша непонятно крякнула, а затем из неё посыпались проклятия, как из рога изобилия. Лёня посмотрел мальчику вслед, рассмеялся и понял, что очень хочет с ним подружиться.

Но вечером «хулиган» сам подошёл к нему, когда Лёня пытался самостоятельно починить скейтборд, разломившийся на две части.

– Д-дай доску, – приказным тоном сказал мальчик.

– Чего? – не понял Лёня.

– С-с-скейтборд, – пояснил тот. – Д-дай мне.

Лёня рассердился: чего командует? Но было интересно, и он отдал.

А часа через два, во время ужина, раздался звонок. Лёня открыл. Мальчик вернул аккуратно склеенный скейтборд. Сказал:

– Не д-д-думай, что я б-б-боюсь. Мне п-п-просто в-в-вещи п-портить ж-ж-жалко, – и побежал вниз по лестнице.

Глава 4

Миша не умел читать. Миша – это тот, с палкой и консервной банкой.

Лёня понял это на уроке родной речи, когда все по очереди вслух читали по одному абзацу из сказки про трёх поросят.

Довольно странно читать сказки, когда тебе двенадцать лет, но другим вроде было в самый раз.

Когда очередь дошла до Лёни, он понял, что сейчас придётся читать абзац про то, как Ниф-Ниф и Нуф-Нуф побегут прятаться в дом к Наф-Нафу. В детстве мама читала ему эту сказку, и он смутно помнил сюжет. Но читать не хотелось. Глупо это, они что, в детском саду? Поэтому Лёня каменно молчал, когда прозвучала его фамилия, и, выждав буквально с полминуты, учительница вздохнула (они тут все постоянно вздыхают!) и назвала следующего ученика.

Вот так просто. Никто не заставлял и не просил.

А когда очередь дошла до Миши, все как-то заулыбались и заоглядывались на него. Ясное дело: предвкушали какое-то веселье. Лёня сразу почувствовал, как это гадко – когда так смеются. Когда так смеются – ничего хорошего ждать не приходится, это ясно.

И Миша попытался прочитать первое слово. Первое слово было: «Когда».

– К-к-к… – начал он, чем сразу же вызвал хохот.

Будто класс копил в себе весь урок эту энергию, чтобы дождаться, когда спросят Мишу и взорваться.

Миша начал заикаться сильнее обычного и Лёне очень захотелось сказать ему что-то ободряющее, но он не знал, что. Пока думал, Миша вскочил, сжав кулаки и бросился к выходу. Учительница вялым движением хотела было то ли остановить его, то ли окликнуть, но движение перешло в жест равнодушия – она просто махнула рукой.

Лёня рассердился и тоже вскочил, пошёл, почти побежал вслед за Мишей.