Перезагрузка

– Читать умеешь? Таблицу умножения?

– Умею, – я кивнула. Арифметику в школе я все-таки изучила, интересно было, а читать… я вообще сама читать научилась, в детстве еще, до войны. Нравилось мне это.

– Вот что, Маша, – решилась баба Яра, – мне тут помощницу пообещали. Сказали, чтобы я сама нашла кого-то. Уборщица у нас умерла, ну а я же не могу, – она кивнула на обрубок ноги, – но мне надо, чтобы ты не только убирала, но и помогала мне счета вести, записи, товар принимать и так далее. Нужна грамотная. Ты как насчет этого?

Я аж дышать перестала!

– Очень хорошо, тетя Яра! Я бы очень, очень хотела! Возьмите меня.

– Только, – охладила мой пыл кладовщица, – на четверть ставки. Через день будешь ходить, работать по восемь часов. И плата у нас меньше, чем у рабочих, так что сама понимаешь…

– А сколько? – поинтересовалась я.

– У тебя будет шесть талонов в неделю.

С завода я выходила окрыленная. Хотя перспектива дальнейшей жизни так и не прояснилась до конца. Легко сказать – жить на шесть талонов в неделю! Да, у большинства нет и этого, но раньше-то я тридцать получала.

Можно было с трудом даже вдвоем питаться. А как теперь? Мысленно я перебирала, как жить – брать буду только сухари и крупу. Это самое экономное. Конечно, и это впроголодь, это, собственно, голод – меньше талона в день, считай, ничто! Но ведь раньше же мы существовали совсем без зарплаты! Буду червей собирать, это вместо тушенки. Мы на мутожуках да на гусеницах сколько раз выживали. Охотиться бесполезняк, дичи мало, и осторожная она. Весной посажу зелень да картошку – в городе много не вырастишь, но зато и безопаснее, чем в лесу, и хоть какой-то урожай. Буду в свободное время ходить подработку искать – если стараться, всегда что-нибудь да найдешь.

Некоторые девки известно каким промыслом занимаются, но там конкуренция огромная, а я если честно – так себе. Не красавица. Карабас бы мной не побрезговал, тело молодое, а он это дело, говорят, любит. Но зарабатывать этим – значит, конкурировать на совсем другом уровне; опять же, не умею я ничего в сексе этом, противно мне это все… Так что маловероятно.

Да и кончают эти девки часто тем, что оказываются у дружков, а там, считай, как рабство. Нет уж, это не по мне.

И так я успокоилась и даже развеселилась отчего-то, что когда шла к дому, стала думать совсем о другом. Сначала об Иволге – вот она, почему-то кажется, вообще не переживает из-за того, где работать и на что жить, она сильная, как мужик, устроится везде.