Прошлое в наказание

– Хорошо, а Лысенко, замминистра по делам национальностей? А Сергей Юшенков, который замминистра печати? Разве это не успешные примеры? А я, в конце концов?

– Вы трое – то самое исключение, которое подтверждает правило. Основная часть демократов умеет только на митинги ходить да речи произносить.

Мне ой как не понравились его слова.

– И что из этого следует? – холодно осведомился я.

– Необходим приход профессионалов. Людей, которые прежде всего умеют работать. Делать дело.

– И где эти люди?

– Например, у нас.

 – Эдуард пристально смотрел мне в глаза.

– У вас? – Я скептически хмыкнул. – Что умеют ваши сотрудники? Ловить шпионов и следить за диссидентами? Причем большей частью делать именно второе?

– Наши люди умеют исполнять свои служебные обязанности от и до, – назидательно проговорил Эдуард. – Это исполнительные и ответственные люди. Других у нас не держали.

Признаться, я не знал, что тут возразить. Кто бы сомневался, что давние сотрудники КГБ – люди надежные, проверенные, но я не мог испытывать к ним доверие, не хотел представить их на ответственных гражданских должностях.

После долгой паузы я уклончиво произнес:

– Не думаю, что это хороший вариант.

– Почему?

– Ну… опыт специфический. Люди привыкли действовать по приказу. А приказ поступает сверху. И кому они будут служить? Начальству? Действующей власти? Или стране?

– Мы привыкли служить стране, – жестко выговорил Эдуард.

Вот уж в чем я сомневался, так в этом. Продолжать разговор было бесполезно – каждый упрямо стоял бы на своем.

Я глянул на Настю. Она сидела с хмурым видом, глядя перед собой. Мне стало неловко, что я в Новый год затеял вместе с Эдуардом столь сомнительный разговор.

– Как там наши дети? – с деланым оживлением обратился я к ней. – Что-то подозрительно тихо в соседней комнате.

Настя спокойно глянула на меня:

– Давай посмотрим.

Она поднялась, направилась к двери, а я – следом за ней. Кирилл и Василий играли в железную дорогу: на полу были разложены кольцом рельсы, по которым ходил небольшой паровоз с вагонами, в одном месте стояла станция.

У Кирилла такой роскошной игры не имелось. Он настолько увлекся происходящим, что не обратил на меня и Настю никакого внимания.

– Как дела в славном Институте государства и права? – не без шутливой нотки спросил я.

– Нормально, – отвечала она, глядя на сына. – Работаем.

– Ты уже втянулась в научную работу?

– Да. Спасибо.

– Нравится?

Ее лицо приобрело задумчивый вид.