Шенгенская история

Тут у входа он заметил две семьи с маленькими детьми и еще одного ребенка постарше – в инвалидной коляске. Рядом с коляской – хорошо одетая чернокожая женщина. Не мать, ведь ребенок был белым.

Мужчина и рыжеволосая женщина зашли внутрь. Андрюс остался снаружи. Пока стоял у двойных стеклянных дверей, внутрь прошел и «джинсовый парень» с сумкой, из которой торчали загнутые носки огромных клоунских ботинок. Прошел следом за молодой женщиной в черных кожаных брюках и такой же кожаной куртке, несшей в левой руке мотоциклетный шлем, а в правой – пакет из супермаркета «Франпри».

Сумерки уже опустились на Париж, на его пятнадцатый квартал, на рю де Севр и на госпиталь «Нектар». Во всех окнах четырехэтажного корпуса горел свет. Все больше людей заходило в двойные стеклянные двери и выходило из них. И Андрюс перестал следить за входящими и выходящими. Но тут его внимание отвлекла уже виденная ранее пара – мужчина в коричневом пальто и рыжеволосая маленькая женщина в белой куртке и с синей спортивной сумкой-«сосиской» на плече.

Они вышли и остановились рядом с ним, разговаривая дружелюбно на французском. Женщина натянула на руки белые кожаные перчатки. Потом оба достали свои мобильники, она продиктовала мужчине в коричневом свой номер, он тут же набрал и из ее мобильника полилась мелодия песни «Don’t worry, be happy!»

Андрюс улыбнулся.

Музыка стихла, мобильники вернулись в карманы хозяев. Мужчина и женщина обменялись еще несколькими фразами, после чего в руках мужчины появился бумажник.

Он вынул из него двадцать евро и протянул ей. Кивнул на прощанье и зашагал к арке, выводящей на улицу. Женщина осталась. Осмотрелась по сторонам и Андрюс вдруг почувствовал, как она остановила на нем свой взгляд. Он стоял в трех шагах.

Она подошла и спросила что-то по-французски.

– Pas Fran?ais, – заученно повторил Андрюс свой универсальный ответ на любой вопрос, заданный ему по-французски.

Она показала жестом, что просит сигарету.

Он отрицательно мотнул головой.

Глава 22. Где-то между Згожельцем и Гёрлицем

До границы с Германией оставалось двадцать два километра. На машине – минут двадцать, не больше. Яркое голубое небо благодаря особой, хрустальной прозрачности промерзшего воздуха отражалось в снегу, как в зеркале.

Уютный деревянный сруб автобусной остановки защищал от холодного ветра. Кукутиса сюда подвез местный лесник, старик-добряк, на ухоженном зеленом «полонезе».