Обрывки

Чёрные майки, плакат Кипелова на стене прямо поверх розовых обоев.

В машине играет какой-нибудь Бетховен:

– Папа, выключи эту нудятину, давай споём «Проклятый старый дом».

Бабушки в шоке, жена ругается: «Кого ты воспитываешь?!» Так это не я воспитываю. Это она сама. Я просто следом хожу.

Лет в пять впервые заявила:

– Папа, я выхожу замуж.

Для отца всегда неожиданно, когда дочь выходит замуж. Что в тридцать, что в пять лет.

– Ладно, – говорю. – Кто избранник?

– Вадик. Коля или Миша. А ещё мне близнецы нравятся, особенно Андрей.

Я ещё не определилась.

Меня тогда впервые укололо в сердце. Всё это шуточки детсадовские, но ведь придётся когда-нибудь отдать.

Может, лучше шахматы?

– В красном углу ринга – Соня Гушинец!

Сонька ныряет между канатов, смотрит исподлобья на противника. В углу тренер похлопывает её по плечам, расшевеливает, сбивает волнение.

– Сразу бей, не спи! Тип – и сразу двоечку!

У меня начинают трястись руки, и телефон, которым я снимаю бой, ходит ходуном.

Вот почему не фигурное катание, не художественная гимнастика, не бадминтон какой-нибудь или кёрлинг в конце концов? Почему эта девочка в шесть лет вошла в зал тайского бокса и осталась там? А ещё дзюдо. Там, по крайней мере, твоего ребёнка не бьют ногами по голове. Поваляют чуть-чуть по татами, но это же не так волнительно. А тут ринг. И противник. И три раунда по минуте. Три раунда моего состояния, близкого к инфаркту.

Детские соревнования по какому-нибудь мордобою на самом деле скучнейшее мероприятие.

Будишь в законные выходные недовольного и негодующего ребёнка. Ребёнок капризничает, заявляет, что в гробу он видал все эти соревнования, противников, тренера и безжалостных родителей за компанию. Тянешь его в спортивный зал, где уже собралась огромная толпа таких же недовольно не выспавшихся детей и родителей. Узнаёшь, где у них тут взвешивание, смотришь с содроганием в отцовском сердце, как твоё цыплячье-длинноногое и бесконечно дорогое потомство, ёжась от холода, стоит босиком на весах.

Предательская стрелка мечется между 35 и 37 кг. Вместе со стрелкой мечется твоё давление. В какую весовую категорию на этот раз попадём? Не были ли лишними полкружки чая, выпитого перед отъездом?

– 36 килограмм, – объявляет мучительница из весовой комиссии.

Терпимо. Теперь быстро забросить в ребёнка недостающие калории, уложенные в сумку заботливой мамой. И ждать жеребьёвку. Дитё просыпается, начинает нервничать перед боем и беситься.