Фосс

Среди участников – молодой Ангус из Далвертона, – добавил он для той части компании, которая была того же возраста и склада характера, что и отважный помещик.

Молодые люди, все как один в праздничных костюмах превосходного качества, улыбались недоверчиво. Они сложили руки на груди, швы и мышцы затрещали.

– Это великое событие, – проговорил багровый мистер Боннер, – и оно вполне может оказаться событием историческим! Если только они принесут свои кости назад. Так ведь, Фосс?

Все засмеялись, и мистер Боннер почувствовал с облегчением, что принес свою жертву почти незаметным движением ножа.

При необходимости Фосс умел не обращать на такие вещи внимания. Но раны саднят, особенно на соленом воздухе. Он улыбался и щурил глаза в огромном театре света и воды. Некоторые его жалели. Некоторые презирали, видя в нем лишь нелепого иностранца. Никто, понял он, содрогаясь от гнева, не осознает его силы. Посредственности, скоты – они даже не подозревают о мощи камня или огня, пока не наступит последний миг, и эти изначальные элементы не обратят их в ничто! Вот самое блеклое и самое ясное из всех слов, которое как нельзя лучше отражает завершенность…

Мистер Прингл прочистил горло.

Поскольку материальное положение давало ему право на предупредительное внимание присутствующих, говорил он медленно и долго.

– Впрочем, думается мне, исходя из собранных свидетельств – коих не так уж и много, прошу заметить, – сделанных во время кратковременных вылазок по окраинам, так сказать, создается впечатление, будто эта страна чрезвычайно враждебна по отношению к любым попыткам планового освоения.

Доказано, что пустыни не поддаются изменениям и развиваются в соответствии со своими собственными закономерностями. Как я уже отметил, нам мало что известно. Вполне возможно, в центре континента скрывается истинный рай. Кто знает? Лично я считаю, мистер Фосс, что вы обнаружите там лишь аборигенов, толику мух и нечто вроде дна моря. Таково мое скромное мнение.

Живот мистера Прингла, который был не столь уж скромен, заурчал.

– Вам доводилось бывать на дне моря, мистер Прингл? – спросил немец.

– Что? – удивился мистер Прингл. – Нет.

Однако во взгляде его появилась непривычная глубина.

– Лично мне – не доводилось, – проговорил Фосс. – Кроме как во снах, разумеется. Поэтому я заворожен лежащими предо мной перспективами. Даже если будущее бескрайних песков лежит исключительно в дебрях метафизики.