Евгений Онегин / Eugene Onegin

VIII

And he believed, there is a soul,

Which’s of a similar communion,

And languishing it’s searching for

The one with whom would make a union.

And he believed that he had friends,

Who’d accept for his honor chains,

And non of them would ever waver

To smash a vessel of a slander;

That there are chosen by the fortune

The people’s sacramental friends,

Sometimes they’ll get the magic brands

And save humanity from tortures;

The world will stay in pleasant tranquil,

And people will be for that thankful.

IX

Негодованье, сожаленье,

Ко благу чистая любовь

Р? славы сладкое мученье

В нем рано волновали кровь.

Он с лирой странствовал на свете;

Под небом Шиллера и Гете

Р?С… поэтическим огнем

Душа воспламенилаcь в нем.

Р? РњСѓР· возвышенных искусства,

Счастливец, он не постыдил;

Он в песнях гордо сохранил

Всегда возвышенные чувства,

Порывы девственной мечты

Р? прелесть важной простоты.

X

Он пел любовь, любви послушный,

Р? песнь его была СЏСЃРЅР°,

Как мысли девы простодушной,

Как сон младенца, как луна

В пустынях неба безмятежных,

Богиня тайн и вздохов нежных.

Он пел разлуку и печаль,

Р? нечто, Рё туманну даль,

Р? романтические СЂРѕР·С‹;

Он пел те дальные страны,

Где долго в лоно тишины

Лились его живые слезы;

Он пел поблеклый жизни цвет

Без малого в осьмнадцать лет.

IX

Regret, deep sorrow, indignation

And for the glory honey craving

Alike stirred his blood agitation,

Since young enkindled his soul flaming.

He wandered in the world with lyre

Under the Schiller-Goethe’s sky;

And their creative Muses’ blaze

Had brought his soul into amaze.