Рюссен коммер!

Новенькая продолжала кричать, но уже тише.

Я не спала всю ночь, было душно, сыро, не хватало воздуха, болела грудь, больная раком приглушённо кричала, туберкулёзница кашляла, остальные храпели.

* * *

Ко мне пришёл адвокат, в мятом костюме, взъерошенный, словно спал не раздеваясь и только что встал. Я всё ему рассказала, показала на руках следы от верёвок. Плакала и не могла остановиться.

– Под пытками и не в таком признаются. Не плачь, ты не виновата.

– Что теперь будет?

– Твои показания используют против остальных.

– А если я откажусь? На суде?

– Это ничего не изменит. Они всё равно используют то, что выбили во время пыток. А сказанное на суде проигнорируют. И тебе будет только хуже.

– Но хотя бы журналисты напишут, что я не крыса?

– Тебе сейчас кажется, что это важно, что там о тебе все думают. Но поверь, пройдёт суд, тебя отправят в какую-нибудь Мордовию, и все про тебя забудут. Знаешь, как будет выглядеть каждый твой день? Подъём в шесть утра, завтрак, работа на швейном производстве, обед, снова работа, два часа свободного времени, ужин и спать.

И так каждый божий день. Лучшие годы твоей жизни. А была ты крысой или нет, сломалась ты или нет, всем будет плевать. Я видел много таких историй, память у людей короткая, новостей много, сажают каждый день, а ещё политика, экономика, жизнь звёзд, новые средства от целлюлита и распродажи в модных магазинах. Вас всех забудут, и быстро. Поэтому думай только о себе. Сотрудничай, изворачивайся, лги, спасай свою шкуру.

Я вытерла рукавом нос и посмотрела на него удивлённо:

– Это вы мне как адвокат советуете?

– Как человек, который много видел.

Я подумала: а он не засланный? Адвокат хмыкнул, будто прочитал мои мысли, и перегнулся через стол.

– Ты должна сделать всё, чтобы тебя перевели под домашний арест, – зашептал он мне. А потом ещё тише, так что я едва расслышала: – И беги, беги отсюда.

– Да куда?

– Куда глаза глядят!

– Следователь сказал, что, если буду хорошо себя вести, меня переведут в статус свидетеля.

– Ты веришь следователям? Вот так новость. Человек, который пошёл на сделку, не является свидетелем в полном смысле слова. У тебя будет особый процессуальный статус. Вместо пятнадцати лет дадут пять, например. Но ты должна понимать, что это сделка без гарантий. Можешь и пятнадцать получить, несмотря ни на что.

Он нервно взглянул на часы.

– Куда глаза глядят, – повторил адвокат на прощание.