Голубиная книга анархиста

Но потом поинтересовалась, как же они попадут в заграницу, если у них нету никаких бумаг, документов, паспортов?

– Как, у тебя нет загранпаспорта?! – воскликнул Вася.

Валя растерянно глядела на него.

– А русский? – спрашивал Вася.

Она развела руками.

– Как еще тебя Обло-Лаяй не схватило за шкирку?.. Не переживай, Вальчонок, у меня тоже бумажки нет, вот, только рулон стыренный с нашими снами. И нам нужна лишь лодка. Это наше паспортное средство, хыхы-хы-хы…

– А Мюсляю паспорт не дадут для заграницы? – спросила Валя.

– Да у него, наверное, тоже нет никакого документа? Кто ж ему даст заграничный.

– А по реке он может?

– Откуда он узнает? Рек много. И дорог тоже.

Еще через два дня в полях запели

Еще через два дня в полях запели, зажурчали жаворонки. Эдик целыми днями готовил технику, ходил по уши в мазуте, как черт. Иногда они с Борисом Юрьевичем забивали новозеландцев, и те висели вниз ушами, истекая кровью, – чем бескровнее крольчатина, тем лучше, – на перекладине между шедами.

Валя тогда вообще к шедам не приближалась. Борис Юрьевич сердился и грозил ее уволить за прогулы. Но Вася старался в такие дни, работал за двоих. Он снимал мертвых новозеландцев, и Эдик вместе с Борисом Юрьевичем ловко и быстро обдирали их и свежевали. И потом Борис Юрьевич отвозил на стареньком джипе с крытым кузовом тушки в город. Некоторые заказчики сами приезжали, и тогда Эдик демонстрировал свое искусство, если заказчики не возражали. Кроме французского способа, у него были методы такие: колотушкой по затылку, американский – электричеством: тонкий металлический штырь вводят в ягодичную мышцу, а другой втыкают в височную область, – штекер в розетку, и все готово; перелом шеи; воздушный способ: большим шприцем запустить в вену уха порцию воздуха.

Наконец Вася спросил у Бориса Юрьевича про зарплату.

– Да вы же на полном здесь обеспечении, – ответил Борис Юрьевич. – Васильевна разве плохо вас кормит?

Вася насупился.

– Да нет, шучу, – сказал Борис Юрьевич. – Все как обещано.

Пять?

Вася кивнул.

– Иди к Светлане, она выдаст.

– А Вале?

– Ну и ей, разумеется… Три тысячи пятьсот.

– Почему?

– Штрафы за прогулы.

– Но… я же за двоих работал, – пробормотал Вася.

– Иди и не спорь, – внушительно ответил Борис Юрьевич.

Вася отправился к дому. Снова на него тяжко лаял пес. Появилась молодая женщина в клетчатой рубашке и джинсах и спросила, что ему нужно. Он объяснил.

– Сколько? – спросила она.

Вася ответил.